Наверх
Репортажи

Нож, Бетховен, робофеминизм: день в инклюзивной школе 

25.02.2020
 Как Вам приходилось в школе? Я свою вспоминаю с содроганием. Тусклое освещение, которое делает твою кожу неопределенно гнилостного цвета, теплый, сладковатый запах капусты и хлорки, перегорающие учителя и неуправляемые подростки в разгаре пубертатного кризиса. Были, конечно, «русский язык и литература», отзывчивая классная руководитель и субботние утра – все это добрые воспоминания. Но в основном, при слове «школа» в памяти возникает этот общеобразовательный запах тушеной капусты… Поэтому, зайдя в небольшую частную школу ED2, первым делом непроизвольно принюхиваюсь. Дурацкая, конечно, привычка. Тем более, ничего здесь не наталкивает на мысль, что ты в школе: это светлое помещение скорее напоминает (и отчасти – так оно и есть) пространство для «развивашек» и факультативов. Тут всего три класса, много настольных игр и крахмально белая кухня. Здесь не занимаются «физ-рой» (интересно, дети еще так говорят?) и не проводят экзаменов. 
Трудности перевода
– Draw a fork, – идеально растягивая «ɔː», тоненькая девушка в клетчатом пиджаке и вишневых капри рисует на доске предмет, отдаленно напоминающий вилку. Ее маленькая дочь сидит рядом со мной и без видимого интереса, но сосредоточенно рассматривает красочные книги на английском языке: «Гадкий утенок», «Новое платье короля». Ее бледные тонкие пальцы, почти не касаясь, скользят по глянцу бумаги, на которой страдает от инаковости утенок Андерсона.
– Write and draw, – с нажимом повторяет учитель.
– Майя Олеговна, я не понял, – радостно кричит мальчик в зеленой майке – это Артем, он сидит ко мне спиной.
– Aliсe is drawing! – находится учитель, указывая на дочь.
– Рисоваааать! Где мой супер-пупер карандаш?... Вилку нарисовать?
– Yes, well done… Leo… Leo?
 Лев, один из трех учеников первого класса, к которому она обращается, сосредоточен на длинном женском волосе, лежащем на столе. Он выполняет задания, только когда ему интересно.
– Leo is very busy… - почти про себя замечает учитель. – Ок! The next task is… so look at your workshees.
– Мамочки, – деланно кривится Артем, – это очень сложно...
– No, its not difficult. So what letter is missing?
– Вставить пропущенную букву!
– Yes, – подбадривает учитель.
Она склоняется над мальчиком и, ненавязчиво поддерживая его руку, прорисовывает вместе с ним нужную букву в тетради. Позже мне объяснят, что у Артема есть проблемы с координацией внимания, и иногда он может забыть, какое слово писал в процессе написания. Это некрупный смешливый мальчик, он очень общительный, так что при встрече со мной сразу выложил: «А вот Вы и пришли! Меня уже предупредили, что Вы придете, и я ждал!».
Майя Олеговна идет за новой порцией карточек, а ученики, коротко что-то обсудив, встают из-за стола.
– Guys we’ve 5 minutes… Where are you going? I’ve got another cards!
Но ребята гуськом, игнорируя ее замечание, выходят из класса.
– Come back, make a circle please, – теряется учитель, пытаясь сообразить, что произошло. Она останавливает Тиму, третьего ученика, и просит вернуть ребят обратно в класс. Ребята сперва не до конца понимают, чего от них хотят: круг замыкается и распадается; внимание детей рассеивается. Наконец, все усаживаются и начинают петь детскую песню на английском, сбиваясь и чихая.
– Ой, не чихайте на меня! – возмущается Лев.
– Yeas, its dangerous nowadays, – понимающе смеется учитель.
«У меня мальчики вышивают лучше, чем девочки»
ED2 – это небольшая инклюзивная школа в Раменках. Ее открыла гендиректор ED2Accelerator Наталья Царевская-Дякина, здесь учится ее сын. 
– Мы хотели сделать маленькую, уютную школу. Чтобы родители могли спокойно оставить здесь ребенка, не думая, что с ребенком происходит без них. – рассказывает заведующая Татьяна Никольская. – Школа открылась 19 января 2019-ого года, тогда к нам пришло 5 детей, учащиеся с первого по третий класс. А ближе к весне подтянулись дети местных.
Что подтолкнуло родителей выйти из школы в середине учебного года?
– У нас обучаются дети, которые не могут социализироваться в школах, каждый в силу каких-то своих причин. Когда эти дети находятся в обычной школе с тридцатью детьми в классе и что-то случается, никто помочь не может. У нас класс маленький, они все на виду, есть тьютор.
Кто такой тьютор, это наставник?
– Это человек, который настраивает ребенка на рабочий день. Мы устраиваем небольшие собрания по утрам, во время которых наш тьютор спрашивает ребенка: какие у него стоят задачи на сегодняшний день и помогает оптимизировать этот план. Дети, в свою очередь, проговаривают: у меня сегодня трудно с математикой или что-то с русским не пошло. А в конце дня тьютор спрашивает, что получилось из намеченного.
Детей надо вести, посадить в одну лодку, грубо говоря.
Если Лев, например, читает, а Глеб – еще нет, нам надо их привести к общему знаменателю. Но это выполнимая задача, и наши педагоги с этим справляются. У нас больше трудностей возникает по психологической линии. Один ребенок, например, болезненно относится к шуму, а другой – очень активный. Это не катастрофа, с этим работают психологи и неврологи… 
– Школьная программа как-то отличается от общеобразовательной?
– В основе нашей методички – английский, он в школе идет 4 раза в неделю, эмоциональный интеллект и теория решения изобретательских задач. В нашей школе пока нет музыки и физкультуры, и все наши дети числятся в каких-то других школах, где в конце года проходят аттестацию. У нас был опыт прохождения аттестации, ребенок все сдал на «отлично». ИЗО и труд у детей веду я сама.У меня мальчики вышивают лучше, чем девочки. 
Мы перешли на школу по методу Амонашвили, она основывается на гуманно-личностном отношении к детям: мы не наказываем, мы с ними рассуждаем. В наших классах учатся, в основном, мальчишки: случаются и конфликты, и драки бывают. Сажаем детей напротив друг друга и начинаем с ними вести беседу: «Что было бы, если бы к вам никто не подошел?». И путем нехитрых логических посылок приводим детей к выводу, что конфликтов лучше избегать или их решать иначе. Другой принцип – маленькие классы.
Амонашвили всегда сравнивал классы с самолетами. Если перегрузить салон, то самолет либо не взлетит, либо разобьется.
Хадиджа и Ибрагим
 Всех детей, обучающихся в этой школе, в той или иной форме задирали или затравливали в школе. Родители Хадиджи и Ибрагима, ортодоксальные мусульмане, перевели детей в эту школу из-за религиозного абьюза.
– Поначалу они вели себя здесь по привычке, – рассказывают Татьяна. – Проигрывали те же сценарии, которые с ними происходили в другой школе. 
Они группировались и как будто ждали от нас осуждения их веры, их образа жизни. Они задирали остальных детей: мы старались не давать этому развиваться, но это происходит молниеносно. Однажды Ибрагим даже приносил в школу нож. 
– Дети у нас не остаются без присмотра взрослого, педагога и тьютора, так что мы быстро этот вопрос разрешили. В конце концов, нам удалось как-то их успокоить, дать понять, что здесь их никто не будет травить или осуждать, и они полюбили эту школу. Даже на время праздников, так как они жили в этом дворе, они прибегали сюда. Все наладилось, в конце концов. 
– Сначала были определенные трудности, – рассказывает на перемене второй учитель английского языка Алена Мартынович. – Ты ожидаешь одной реакции, а тебе выдают противоположное. Например, ты предлагаешь ребенку сконцентрироваться на занятии, а он игнорирует все твои аргументы, кричит или даже будто не слышит тебя. 
Как будто наш мозг издавал музыку разной высоты звучания. Мы, грубо говоря, не могли услышать мелодию друг друга. А потом сработала интуиция: если тебе что-то нужно от ребенка, дай ему заботы и много-много ласки.
 Нельзя кричать, как минимум, это бесполезно. Тут училась девочка, чудо-ребенок, от которого можно было многому научиться по части осознания своих эмоций. Ее мама была одной из разработчиков концепции эмоционального интеллекта. С ней все дружили, мальчики были в нее влюблены и подтягивались за ней в учебе. Но в конце концов ее забрали, потому что родители почувствовали, что девочка перенимает нежелательное поведение. Я многому у нее научилась, у ребенка.
Сказка про трех роботов
Рисунок Вовы
– На одном космическом корабле жил робот, было у этого робота три сына, – начинает свою сказку Вова.
Вове 10 лет, он учится во втором классе. Он постоянно рисует «рободинозавров», потому что, как не трудно догадаться, очень любит роботов и динозавров. Обратить на него внимание мне посоветовала Алена: Вова каждый день экспромтом сочиняет сказки. Сегодня он рассказывает сказку про трех роботов.
–На втором космическом корабле тоже жил робот, и была у этого робота дочь. Тоже робот.
– Логика логичная, – улыбается Татьяна.
Мы сидим в просторной белой кухне, здесь один длинный стол. Дети шумно хлебают хлопья с молоком – единодушно любимый завтрак. Лев гневно бубнит себе под нос: он считает, что педагог русского языка была не вполне недружелюбной, когда исправляла по второму разу его ошибки правописания. Но Вову это не сбивает, его слушают все: и дети, и педагоги, (и даже ворчащий Лев), собравшиеся на кухне.
– Три робота-сына спорили, кому из них жениться на роботе-невесте.
Тут раздается всеобщий хохот.
– И кому же досталась невеста-робот? - спрашивает Лев.
– «Я – самый большой», сказал первый сын-робот, «поэтому жениться должен я».
– А второй? – заливаясь спрашивает Артем.
– А второй говорит: «А я отлично собираю находки, и все они очень красивые. Я их подарю невесте, и она меня полюбит!». А третий говорит: «А я самый красивый!». И спорили они, спорили. И тут пришел отец-робот и сказал: «Чего спорим?» А роботы ответили: «Мы спорим, кому из нас жениться на дочери твоего друга». И папа-робот вот что сказал: «Давайте что-нибудь подарим невесте, тот, чей подарок ей больше всего понадобится, тому на ней и жениться». 
Рисунок Вовы
– Оу, вот эта интересная игра!
– И все три робота пошли искать подарки на Аксиоме…
– Подождите-ка, – вмешивается Тима. – Да, я знаю такой корабль! Я смотрел «Валл-и», и там тоже был корабль «Аксиома»!
– Да, это был один и тот же корабль! – подхватывает Вова. – Первый робот решил подарить ей реактивный двигатель. Второй – новую видеокамеру. А третий решил подарить батарейки. К «Аксиоме» была присоединена с помощью стыковки еще и ракета. Эта ракета состыковалась с другим кораблем, «Аксиомой-2». Три робота вышли на вторую «Аксимому» и начали искать невесту. Когда они ее нашли, она была в страшном виде! И они начали применять к ней свои подарки – и вскоре невеста была восстановлена. Тут пришел папа-робот и поблагодарил роботов-сыновей. И тогда один из роботов воскликнул: «Значит, мы все на ней женимся!». А отец-робот прокричал: «Наоборот! Никто из вас на ней не женится. Она выйдет замуж только за того робота, за которого она захочет!». 
А роботы-сыновья заплакали и так долго плакали, что их глаза покрылись ржавчиной.
А потом папа-робот решил утешить сыновей: «Когда мы прилетим на Землю, вы возьмете лук и стрелы и начнете стрелять по земле. Куда Ваша стрела попадет, на невесте того края вы и женитесь! Первая стрела попала в страну динороботов. Стрела второго робота на полной скорости врезалась в огромный дом и попала в домашнего девочку-робота. А стрела третьего робота улетела в океан, а в океане эту стрелу нашла автомобильная лодка-трансформер, при этом напоминавшая цистерну. И потом все три робота женились, и жили долго и счастливо!».
В это время звучит «К Элизе» Бетховена, и Вова, торопливо доев, выбегает на английский. Звонок стихает, и я приглушенно слышу Льва в коридоре, насвистывающего бетховеновскую мелодию - чисто, без фальши. 

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...