Герои

Такие же люди

Горе и смерть, страх и потери, человечность и смелость...
30.01.2018
Когда-то давно, в середине девятнадцатого века, немецкий поэт еврейского происхождения Генрих Гейне писал: «Люди, бросающие книги в огонь, когда-нибудь придут к сожжению людей». Страшно было бы ему выводить эти строки, если бы он знал, что через полстолетия это пророчество сбудется. И сбудется в таких масштабах, говорить о которых тяжело и десятки лет спустя. Боль и стоны, горе и смерть, страх и ужас, человечность и смелость… Это совсем другая история. Некоторым людям кажется, что история геноцида евреев не касается нас, но именно в нашей стране истребление евреев было массовым.

Веймарская республика. 1920. Адольф Гитлер в своей речи на публичном собрании партии в числе «Двадцати пяти пунктов» программы провозгласил антисемитизм. Так открылась одна и из самых печальных страниц в истории еврейского народа.
Определенных планов, как избавиться от «заразы», не было, но по мере усиления мощи Германии на политическом, экономическом и военном поприще политика нацистов становилась все более жестокой.
В первые два года нахождения Гитлера (1933 -1934) у власти антиеврейская политика заключалась в экономическом бойкоте, дискриминации и вытеснении евреев с общественных должностей. Известные врачи, адвокаты, совладельцы банков, деятели науки, культуры, искусства были уволены просто потому, что были евреями. Лишись работы даже те, кто состоял в браке с евреем или еврейкой, если, конечно, брак не был расторгнут...
Эдвин Ландау из Западной Пруссии так описал свои чувства этих дней:
«...Двое молодых нацистов стояли у входа в наш магазин, не давая клиентам войти. Это были те самые люди, за которых мы, молодые евреи, воевали когда-то в окопах, проливали свою кровь <...> Я кипел гневом, мне хотелось кричать от ненависти к этим варварам <...> Это государство, эти люди, которых до того момента я любил и чтил, внезапно стали моими врагами. Если так, то я уже не немец — или, по крайней мере, я им не должен быть...».
Это были первые, кто осознал, что в будущем легче не станет.
В эти же годы в Германии возникают первые концентрационные лагеря, но пока еще никто не догадывается, сколько горя они принесут...
В 1935 антисемитская политика стала набирать обороты. Евреям было запрещено посещать кинотеатры, рестораны и другие общественные места. Еврейских детей стали исключать из школ.
В 1938 в связи с погромами и актами неприкрытого насилия евреи потеряли чувство безопасности. Страна, где они родились и жили, перестала быть для них домом. Началось массовое бегство, но и оно продолжалось недолго.Почти все евреи Европы вскоре стали пленниками нацистского режима. Многие правительства государств были осведомлены об ужасном положении, в котором оказались евреи Германии, но ни одна страна не увеличила въездные квоты для евреев...
Немецкое правительство на этом не остановилось. Новым витком стало, начиная с 1939, создание специальных еврейских кварталов - «гетто». Скученность и перенаселение, грязь и антисанитария, страшный голод и болезни, страх и безысходность, наказания вплоть до расстрела на месте без суда и следствия за малейшее неповиновение — вот слова, которые стали синонимами жизни евреев в изоляции.
1 сентября 1939 на территории, подконтрольной нацистам оказалась внушительная часть европейского еврейства - евреи Польши, а к 1942 нацисты контролировали территорию с 3 млн. еврейским населением... Конференция 1942 года в берлинском пригороде Ванзее постановила: 
Окончательно решить еврейский вопрос.
Жесткость и насилие достигли своего апогея — евреев стали массово отправлять в лагеря смерти. Аушвиц, Собибор, Треблинка, Белжец, Хелмно … Еврейский народ должен был быть стерт с лица земли. Так начался Холокост...
Назвать поименно всех и каждого практически невозможно, как не возможно представить и число погибших. 
Общее число погибших.
Во Франции накануне нацистского вторжения проживало 350 тысяч евреев, в годы войны уничтожено было около 77 тысяч из них.
В Голландии из 140 тысяч граждан еврейского происхождения треть попала в руки убийц.
В Бельгии в мае сорокового года проживало около 66 тысяч евреев, из их числа погибло около 29 тысяч человек.
На территории Советского союза, которая была оккупирована фашистской Германией, осталось почти 3 миллиона евреев, 97% из которых было уничтожено.
В Польше погибло до 3 миллионов человек.
В Германии были уничтожены около 140 тысяч евреев, около полумиллиона в Венгрии и 280 тысяч в Румынии.
В общей сложности жертвами Холокоста стали более шести миллионов обычных невинных людей, единственным преступлением которых была их национальность. Сотни разъединенных семей, тысячи поломанных судеб и бездонная пропасть человеческого горя…
Однако, несмотря на жёсткую политику нацистов в отношении людей, которые помогали евреям выжить (таковых ждала гибель), такие люди нашлись. 
Праведники народов мира
Это люди разных национальностей. У каждого из них была своя боль, свои ожидания и мечты, от которых пришлось отказаться с наступлением войны, и своя вера, в независимости от того, были ли они верующими или атеистами. Но их объединило одно искреннее, бескорыстное желание - сохранять жизни посреди разнузданной пляски смерти. Помогать тем, чей единственный грех, чья единственная вина была национальная принадлежность. Несмотря на то, что праведникам приходилось рисковать своей жизнью, а также жизнями своих родных и близких. В знак вечной памяти и благодарности еврейского народа спасителям-неевреям мемориальный комплекс истории Холокоста "Яд ва-Шем" присуждает таким людям официальное звание - Праведник народов мира.
На иврите оно звучит так: "Хасидэй Уммот Хаолам". Хотя база данных каждый год пополняется, по статистике на 1 января 2017 в России насчитывается 204 праведника народов мира. Это не окончательное число. Работа по поиску и увековечению подвига Праведников народов мира идёт до сих пор.
Праведники в истории нашей страны - это представители многих национальностей, религий, судеб. Среди них староверы и идейные коммунисты, православные священники и полуграмотные крестьяне, люди, которых объединила готовность противостоять смерти. Встать в полный рост и закрыть собой ближнего… Каждая история уникальна…
Зал имён в Яд ва-Шем, где собраны фотографии и имена погибших 
Николай Киселев 1913-го года рождения. После окончания института Николай Яковлевич не пошёл работать, он ушёл на фронт добровольцем и воевал в составе 29-й стрелковой дивизии в составе 32 армии. Когда боевое подразделение попало в окружение, ему было поручено перевести около 300 человек (218 из них были евреями) через линию фронта, находившуюся в сотнях километрах от их лагеря. Совершить подобный марш-бросок даже в одиночку было крайне опасно, не говоря уже о такой многочисленной группе. Тем не менее, Киселев согласился. В пути, несмотря на жалобы буквально обезумевших от голода беженцев, он не оставлял заболевших детей и инвалидов на произвол судьбы и делал всё от него зависящее, чтобы группа добралась в полном составе. В итоге Киселеву удалось спасти 218 евреев – уникальный случай в истории Холокоста.

Второй пример мужественного противостояния враждебности – семья Михайловых, супруги Алексей и Елизавета. В городке Пильвишкяй (Литва), где жили Михайловы, они были хорошо знакомы со многими евреям, особенно со своими соседями – семьей Йодлович: Меером и Цилей, а также их детьми Мулей, Беллой и Семёном. В мае 1941 война дошла до Пильвишкяя, и полицаи пришли забирать местных жителей якобы на работы. Семье Йодлович чудом удалось избежать расстрела и спрятаться у Михайловых под амбаром. Им пришлось выкопать в земле несколько ям, в которых они могли лежать. Трудно представить себе, что пережили эти люди, проведя в таком земляном убежище три года. Когда же летом 1944 Красная Армия очистила город от фашистов, солдаты принимали Йодловичей за движущиеся скелеты, обтянутые кожей. Первое время после освобождения они не могли стоять на ногах, от яркого света слепило глаза и кружилась голова.
Слева направо: Шмуэль Йодрович, Ирина Михайлова, Елизавета Михайлова, Меер Йодлович и Алексей Михайлов.
Сопротивление
В нацистской Германии было практически невозможным выразить собственный протест и остаться в живых. Но, тем не менее, люди, способные отстаивать свои интересы, находились. В этом отделе собраны истории евреев, которые нашли в себе силы жить, оставаясь приверженцами собственных убеждений. Они хотели сделать жизнь узников гетто человеческой. Вернуть людям ощущение человеческого достоинства. Порой, это стоило им жизни.
Сопротивление евреев - это не просто спасение собственных жизней. Это напоминание всему миру, что человек может и должен оставаться человеком в любых условиях, в любой ситуации. 
Мордехай Анелевич (1919 - 1943) попал в Варшавское гетто, где руководил изданием подпольного еврейского журнала.
В гетто Варшавы евреи собрали уникальный архив жизни, в котором оказались отражены ужасные страницы уничтожения и истязания евреев, а также свидетельство гуманистического подвига, когда учителя, врачи, музыканты поддерживали видимость нормальной, человеческой жизни. В 1943, предчувствуя поражение, нацисты решили ликвидировать гетто в Варшаве, но Анелевич совместно с членами Боевой еврейской организации подняли восстание, сорвав поголовную депортацию. Восстание было жестоко подавлено, но нацисты получили серьезный урок - никто более не собирался терпеть их издевательства, их политику, их власть.
Мордехай и его ближайшие соратники отказались сдаваться…
Если не тысячи, то сотни евреев бежали из гетто, вливаясь в ряды партизанских отрядов. Шмерке Качергинский (1908 - 1954) был одним из партизан, который не только бежал, воевал, но и оставил богатое литературное наследие, отражающее силу духа и глубину переживаний, с которыми сталкивались партизаны: 
*** 
От затхлого запаха стен гетто 
В вольные рощи к ветру и свету. 
Вместо цепей, что брякали звонко, 
Я ношу на руках своих новенькую винтовку. 
В странствиях наших подруга моя
Обнимает мне плечи и шею. 
С того прекрасного дня 
Стала винтовка женой еврею. 
(перевод с анг. В. Кузнецов)
Януш Корчак (1878 - 1942), его имя при рождении Эрш Хенрик Гольдшмидт, был выдающимся педагогом, объясняющим миллионам людей, как любить собственных детей. Его жизнь до Треблинки - это свидетельство прочного человеческого Я, которое не может согнуть ни режим, ни оккупация. Корчак не отказался от формы польского офицера и продолжал её носить даже при нацистском режиме. Для этого великого педагога не было страха, не существовало никаких преград, чтобы оставаться тем, кем его сделала его учёба, его деятельность, его жизнь.
Несколько раз Корчаку предложили перейти на “арийскую сторону города”, но для него не было иной стороны, где были его дети, дети для которых он был источником знания. Он не ушёл… Он не мог уйти, потому что учил детей быть людьми, а в условиях тотального истребления это значит оставаться с теми, кого будут уничтожать. Взгляд Януша Корчака, который он бросал всем благодетелям, желавшим его спасти, говорил: нельзя спастись самому, не спасая детей.
Вместо заключения… 
Безразличие, ненависть, злоба. Вот те пороки, которые, проникая в человеческие сердца, навсегда изменяют человека. Может действовать пропаганда, может действовать социальный бойкот, но если перестаёт действовать человеческая душа, человеческое сердце, то не остаётся ничего, что можно считать человечным.
Сегодня все мы должны искать силы, и прежде всего духовные, чтобы переосмыслить опыт прошлого, переживать уроки, которые история уже нам преподнесла. А ведь она, по мысли русского историка Ключевского, никого ничему не учит, но жестоко наказывает тех, кто не выучил её уроки.
Наша задача теперь - только помнить, только помнить и носить в себе, в уме, в сердце память о произошедшем. Наша задача - помнить. Наша задача - верить, что у нас хватит сил противостоять злу.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...