Исследования

НОВАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ ДОНБАССА

некоторые особенности политической культуры Руси, а теперь уже и Донбасса
или
часто задаваемые вопросы путешествующими по чиновным джунглям России-матушки
12.12.2016
БЕЗ ИЛЛЮЗИЙ

Один мой хороший знакомый и весьма уважаемый мною человек с некоторых пор меня обескураживает. Он пытается, причем с риском для жизни (!), причем (как он считает и, как считаю я сам) в лучшую сторону (!!) модернизировать политическое устройство Донбасса, “рекомендованное Кремлем”. И не просто рекомендованное. Настойчиво рекомендованное! Я бы даже сказал: очень-очень настойчиво...

При этом он наивно удивляется, что власть Донбасса, к формированию и осуществлению которой он имеет непосредственное отношение, ни на нюх не воспринимает его пока только виртуальные проекты реформ. И даже обижается на него за такую непрошеную и, как она полагает, несвоевременную “помощь” в развитии обновленной донецкой “демократии”, всячески противодействуя его, как он совершенно справедливо полагает, вполне демократическим и не противоречащим конституции ДНР инициативам.

С печалью наблюдая эту нелепую, несвоевременную и рискованную для всего Донбасса политическую возню на фоне непрекращающейся войны с Киевом, с Вашингтоном и чуть ли не всем белым светом, мне поневоле приходят на ум слова, сказанные Игорем Губерманом, который, совершенно не зная меня, каким-то чудесным образом улавливает издалека внутренний голос моей интуиции и выражает его лаконичными, емкими и очень точными четверостишиями:

“Смешно, когда мужик, цветущий густо,
с родной державой соли съевший пуд,
внезапно обнаруживает грустно,
что, кажется, его давно ебут”.

И вот тут мне непонятно. Вроде бы мой знакомый не дилетант и далеко не романтик в сфере политических интриг. Напротив, он профессиональный охотник на браконьеров, беспредельничающих в дебрях отечественной политической фауны. И оттого, казалось бы, должен бы понимать ее органические свойства, порядки, правила и причуды. Однако! Судя по всему, не понимает? И оттого, воспылав любовью к Родине, которая для нас – дончан – помимо Донбасса теперь еще и Россия, пытается напрасно и в ущерб самому себе усовершенствовать то, что не желает усовершенствоваться в силу самой своей непреодолимой бюрократической природы:

“Чувствуя нутром, не глядя в лица,
пряча отношение своё,
власть боится тех, кто не боится,
и не любит любящих её”.

Или все таки он все понимает, но не хочет смириться? Такое бывает, если вдруг в профессиональном охотнике просыпается совесть и он с воплем: “да ведь зверюшки же тоже люди!” превращается в вегетарианца, гуманиста и ботаника и уходит на пенсию бороться за права какого-то человека.

А может он только делает вид, что “не понимает”? В то время, как сам затеял романтическую игру в новый вид охоты? Понять бы на кого?

Как бы то ни было, но даже уже не для него (ему уже вряд ли это поможет, тем более, что он все это уже наверняка знает, ну или обязан был бы знать, при такой-то профессии). Это скорее для других жителей Донбасса, волею судеб очутившихся в строгой и жесткой сфере традиций и обаяния российского государства, я сочинил этот “ФАК” (Frequently Asked Questions — часто задаваемые вопросы). Чтобы не спотыкались мои земляки, развращенные проживанием в зоопарке “незалежной” украинской анархии, отправляясь первопроходцами по административным просторам России-матушки. Чтобы не блуждали в ее чиновных джунглях. И не блудили себе во вред с тамошней фауной. И даже флорой.

Итак, любезные земляки, терпилы и страстотерпцы, постарайтесь понять, что теперь вы, хотя еще в Донбассе, но уже и в России, где многое очень не так, как вы до сих пор привыкли. Не зря сказал мудрец: “Россия – не Украина”. Правда, на самом деле было сказано: “Украина – не Россия”. Но какая разница куда нас лупят: “в лоб” или “по лбу”? Лишь бы не до смерти. А правило: “от перемены мест слагаемых сумма не меняется” никто не отменял. Лишь бы “сумма” не стала “сумкой”, попавшей в чужие – загребущие и ненасытные воровские руки. А такой риск просматривается с вершин донецких терриконов. К сожалению!

И еще одна оговорка. Чтобы, упаси Бог (!), не причислили меня сдуру к мрачному лику симпатиков “древних укров”, близоруко углядев в моих словах критику России-Матери. Критика в них таки да есть. Но это критика не осуждающая, а понимающая и стремящаяся к выправлению кривостей, возникших исторически и нуждающихся в коррекции. От нее объект критики становится лучше, краше, привлекательнее. Как красивая женщина, которой любящий мужчина помог умыться и правильно причесать и уложить волосы, растрепанные ураганами истории.

С самого начала... Даже не с начала войны на Донбассе в 2014 году, а с ТОГО САМОГО НАЧАЛА – с 1991 года, когда мою несчастную Родину – СССР развалили на национальные уделы, я был “за Россию”. Я хотел жить в России. Если и не вместе со всей Украиной (хотя лучше бы так), то хотя бы обособленно – всем Донбассом. Или всей одной своей семьей, коль остальное уже не судьба.

Но “не судьба” продолжалась до 2014 года, а потом вдруг резко закончилась:

“В рекордно краткий срок моя страна
достигла без труда и принуждения
махрового цветения гавна,
заложенного в каждом от рождения”.
(Комментарий для бестолковых: под “моей страной” подразумевается Украина)

И когда навозная субстанция, экстрагированная из тела ополоумевшей Украины, затопила Киев и разлилась, пучась и булькая, по просторам “незалежной” теперь уже и от здравого смысла, “не судьба” чудесным образом вдруг стала Судьбой. Сама собой. И слава Богу! Хотя лучше бы не такой ценой. Но что поделать, если простые люди на Руси никогда не участвовали в политическом ценообразовании. Такова специфика нашей “демократии”, где за тысячелетнюю историю русской государственности народовластие, даже в краткие моменты своего пробуждения, еще ни разу не успевало сойти со страниц Конституции и законов в живую общественную жизнь. Хотя во всем мире – неважно демократический он или не совсем – как-то так повелось, что играют политическими ценами не те, кто потом платит по счетам за эти “игры”. Платим – мы, а играют – они. В России “они” - в Кремле. В Украине “они” - за океаном. С недавних пор.

Мне приятней все-таки, когда “они” ближе. Надежнее как-то. Хотелось бы, разумеется, чтобы “их” и вовсе не было. Уверен: мы бы справились и без “них”. Но пока это утопия. И будет утопией еще достаточно долго. На мой век ее хватит. Это я, как историк говорю. Поэтому, коль уж суждено нам жить с “ними”, то лучше с самого начала учиться уживаться “по-хорошему” и делать это правильно – БЕЗ ИЛЛЮЗИЙ. И без глупостей. Все “глупости” пусть останутся на Майдане вместе с “небесной сотней”. Или на Болотной – с ее полоумными симпатиками Майдана с белыми ленточками на одежде и “без царя в голове”.

Итак, господа, БЕЗ ИЛЛЮЗИЙ – знакомимся с особенностями российской политической культуры, сложившимися на протяжении последней тысячи лет: от Рюриков – Романовых – Ульяновых вплоть до Ельциных – Януковичей – Пашейгубаревых – Захарченков и прочая, и прочая, и прочая...

“Мне Маркса жаль: его наследство
свалилось в русскую купель,
здесь цель оправдывали средства,
а средства обосрали цель”.

Любая политическая идея, перенесенная на русскую общественную “почву” меняется до неузнаваемости. Вплоть до – на свою противоположность. При этом она может сохранить свое изначальное название. Но марксизм в России и марксизм в Европе это две такие большие разницы, что не заметить их может лишь тот, кто не способен читать Маркса и Энгельса в оригинале. Для тех же, кто читал классиков марксизма только по-русски, русский марксизм и немецкий марксизм так и останутся навсегда синонимами. Но “марксизма” в них будет на самом деле столько же, сколько “либерализма” в партии Жириновского или “республиканства” и “народности” в Донецкой Народной Республике.

С самого начала существования на Руси социал-демократии это политическое движение стало “кривым зеркалом”, в котором с точностью до наоборот уродливо отражалась теория и практика европейского марксизма. Причина тому – психиатрическая вывороченность мозгов русских революционеров, возмечтавших одномоментно перешагнуть целые исторические эпохи общественного развития и – “по щучьему велению” – перенестись из дряхлой феодальной монархии даже не в мир современной буржуазной индустриальной республики, а еще дальше – в Золотой Век всеобщей коммунальной справедливости и равенства. Для этого в своем воображении они умудрились напялить модный европейский камзол рыночного социально-экономического учения на немытую дикую плоть русского мужика и на извращенную – подлую и продажную – душонку российского интеллигентного бюрократа.

“Блажен тот муж, кто не случайно,
а в долгой умственной тщете
проникнет в душ российских тайну
и ахнет в этой пустоте”.

Революционный политический проект российских социал-демократов был трагической ложью – местами простодушным извращением марксизма полоумными фанатствующими недоучками, местами – коварным замыслом чиновных паразитов, спрятавших свои подлинные намерения в гуще профанных иллюзий простодушных плебеев, вознамерившихся в очередной в истории раз построить своими руками на земле Царство Божие.

“Где лгут и себе, и друг другу,
и память не служит уму,
история ходит по кругу
из крови – по грязи – во тьму”.

Еще ни одно предприятие, ни один проект, построенный на лжи, ни разу не достиг своей цели. Напротив, все они стали причинами неисчислимых бедствий и горя безумцев, попытавшихся их воплотить. И тех несчастных, кому по воле Рока привелось быть земляками сумасшедших революционеров.

Империя лжи – СССР просуществовала 74 года. За это время богатейшая всеми мыслимыми ресурсами страна на протяжении столетия беспрестанно умывалась кровью своих лучших сынов и дочерей. Кремлевские упыри сгубили более 50 миллионов невинных человеческих жизней и еще несколько миллионов разогнали по заграницам спасаться от революционной психиатрии, возведенной в ранг государственной политики.

“Однажды здесь восстал народ
и, став творцом своей судьбы,
извёл под корень всех господ;
теперь вокруг одни рабы”.

Безумный террор советского начальства слепил из уцелевших в его жерновах человекообразных особей социальный монолит вороватых трусливых придурков, забывших разницу между ложью и правдой и топящих свое гражданское ничтожество и хозяйское бессилие в алкоголе и фантастике межзвездных путешествий.

“Живя в загадочной отчизне,
из ночи в день десятки лет
мы пьём за русский образ жизни,
где образ есть, а жизни нет.”

Когда на закате кровавого ХХ века советскому начальству надоело быть самыми богатыми среди самых знаменитых в мире лентяев и нищих, они возмечтали вкусить прелестей современного капитализма. Для этого они поступили по заветам своих политических предшественников и учителей – по-большевистски перешагнули этап первоначального накопления капитала и одним махом приватизировали – украли у населения т.н. “общенародную собственность”, которой до сих пор совокупно распоряжались на правах партийно-бюрократической корпорации – небывалой в мировой истории по своим масштабам политической мафии. На ее фоне сицилийские “доны”, неаполитанская “каморра”, колумбийские наркокартели, ИГИЛы – ШМИГИЛы – детский сад.

Унаследовав воровские рефлексы, внучата кровожадных большевиков свою “новую” – буржуазную государственность и в России, и в Украине – строили по знакомым мафиозным лекалам. Других они просто не знали. С той лишь разницей, что неофиты попробовали “по-хозяйски” экономить на идеологии. “Дебилы, б-дь!” Решив зря не тратиться на пропаганду, новые владыки Руси и Украины оказалось настолько тупы, что не поняли главного завета предшественников: с населением можно делать все, что угодно! Если только предварительно его хорошенько обмануть. И на этом – на лжи пропаганды – не экономят! Потому, что народ это опасная (как это еще раз доказал “майдан”) стихийная сила. И эту силу нужно держать в узде и жестко – решительно управлять ею, а не только тупо грабить. А самая надежная и крепкая узда – духовная. Она невидима, неощутима и неизбежна. Если человек, поверив пропаганде, взнуздывает себя сам:

“Когда мила родная сторона,
которой возлелеян и воспитан,
то к ложке ежедневного гавна
относишься почти что с аппетитом”.

Главный итог такой пропаганды – ее высшая и конечная победа – чувство патриотизма, когда:

“Мне здесь любая боль знакома.
Близка любовь. Понятна злость.
Да, здесь я раб. Но здесь я дома.
А на свободе – чуждый гость.”

“Не знаю глупей и юродивей,
чем чувство – его не назвать,
что лучше подохнуть на родине,
чем жить и по ней тосковать.”

Иногда, особенно после очередного санитарно-политического кровопускания, у самых мыслящих, а, главное, у уцелевших в патриотических войнах представителей “пушечного мяса” наступает кратковременное прозрение. Их унавоженный пропагандой мозг испытывает озарение:

“Люблю отчизну я. А кто теперь не знает,
что истая любовь чревата муками?
И родина мне щедро изменяет
с подонками, прохвостами и суками.”

Но, оставаясь в общей массе доверчивых и обманутых, подобные отрезвляющие вспышки разума отступают на периферию сознания, где тонут под грузом общего патриотического оргазма, где абсолютно преобладают те, кто еще не понюхал и уже не понюхает пороха и оттого искренне верит, что пули летают только в одну сторону – во врагов.

«Добро» и «справедливость».
Вновь и вновь
за царство этой призрачной четы
готовы проливать чужую кровь
романтики обосранной мечты”.

Как в 2014 году наше несчастное, “обманутое” коварным американским госдепом, начальство пожалеет об этой “экономии” на пропаганде! Но будет поздно. Ему придется слать воздушные поцелуи поганому заду проклятых “пиндосов”, которые никогда не скупились на работу с мозгами полоумных дикарей и потому сумели увести Украину из под самого носа заворовавшихся олигархов, настолько застрявших в государственной казне, что не учуяли зловония майданных покрышек буквально у себя за спиной.

Но все это только еще предстоит в далеком от 90-х 2014 году. А пока новая государственная мафия во главе с Ельциным и Кравчукучмой делят советское наследство:

“Засрав дворцы до вида хижин
и жизнь ценя как чью-то милость,
палач гуляет с тем, кто выжил,
и оба пьют за справедливость”.

По сути ни в России, ни в Украине в 90-е годы ничего не изменилось. И потому политический “переворот” произошел без потрясений. Он нисколько не затронул основы социально-экономического уклада. Собственность осталась в руках прежних хозяев. Только называться они стали по-новому и на смену дисциплине политического террора пришла дисциплина голодной смерти от безработицы. Рабы КПСС настолько свыклись со своим гражданским ничтожеством, что восприняли очередной социальный эксперимент начальства, как привычную блажь барина – неминуемое стихийное бедствие, которому невозможно и бесполезно противиться, а потому лучше по-христиански смириться, как с очередной карой господней, которых было-было и вот теперь еще одна. Возможность какого-либо солидарного сплочения против гадов и социального протеста в советском обществе, где каждый третий “стучал” на соседей и родственников, а память о ГУЛАГЕ была неистребимо законсервирована в спинном мозге, как главный памятник коммунистической мечты, исключалась напрочь.

“О чувстве дружбы в рабской доле
сказал прекрасно сам народ:
кого ебёт чужое горе,
когда своё невпроворот?”

Озабоченные физическим выживанием на сломе эпох “граждане” страны Советов безучастно и равнодушно пережили убийство СССР. Самые умные и работящие – пассионарии – сразу сбежали на Запад – в уже готовый капитализм. Зачем ждать визита отечественного буржуазного монстра, если и так понятно, что очередной проект советского начальства будет еще более жутким и мерзким, чем проект коммунистический?

Оставшиеся – “патриоты”: терпилы и конформисты – принялись приспосабливаться к бесчеловечности капитализма, постигая науку продавать все и вся. После свирепого коммунизма дикий капитализм выглядел очаровательной травоядной няшечкой. Случайный дилетантский террор советских уголовников, воюющих за передел советского наследства с советской номенклатурой, не выдерживал никакого сравнения с системным индустриальным террором ЧК-НКВД-КГБ. Все остальное можно было пережить. Росли бы руки не из жопы. И росла бы голова на своем “рабочем” месте. А в целом население очень устало от нескончаемых переворотов, революций и войн – гражданских и мировых, не прекращающихся в течение целого века:

“Нам от дедов сегодня досталась
равнодушная тень утомления –
историческая усталость
бесноватого поколения.”

Когда в феврале 2014 года Царь Клептоманов Янукович отчаянно “рвал когти” из взбунтовавшегося Киева, до Кремля наконец дошло, что Украина потеряна. Гламурный пидор Зурабов, косноязыкий дебил Черномырдин и прочие “смотрящие” от Москвы настолько заворовались в заповедном уголовном рейхе, что просрали политический дрейф Украины из газовой туманности России в поле гравитации американского доллара. И тогда в 2014 году История неожиданно поставила население Донбасса перед выбором: с кем жить дальше – с хитрыми мерзавцами или с тупыми негодяями? Каждый тогда был вынужден сделать свой выбор. Выбирали лишь те, кто мог позволить себе такую роскошь. "Выбирали" - чисто по-донецки: на пляжах уже российского Крыма, в кофейнях пока еще украинского Львова, в колыбах почти уже румынского Закарпатья, в гостях у белгородских, воронежских, ростовских, липецких родственников...

Так или иначе, но к началу 2015 выбор был сделан. И только История, и, конечно же, не сегодня, сумеет оценить: чей выбор был безошибочным.

Мне трудно угадать кого именно подразумевает автор этой загадочной аллегории. Но чисто интуитивно мне ближе “хитрые”. Все-таки в психиатрической оппозиции “хитрые” - “тупые” концентрация ума предполагается на стороне “хитрых”. А наши предки не ошибались, когда учили, что “лучше с умным потерять, чем с дураком найти”.

Только вот как быть, если с “умными” мы потеряем Донбасс?

Не хотелось бы.

Хотя ничто и не предвещает такой потери. Пока что.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...