Исследования

ВОСПИТАНИЕ ПАМЯТНИКАМИ

ВОЙНЫ С ПАМЯТНИКАМИ
19.11.2016
Украина прославилась на весь мир войной с памятниками. Пока только с советскими. Пожалуй лишь Талибан да ИГИЛ могут на равных поспорить с кастрюлеголовыми свидомитами своими победами над монументами давно усопших идейных оппонентов.

Национализм — тяжелая психическая болезнь. И долгая. Бог весть какие еще памятники станут завтра виновными в негараздах, свалившихся на незамысловатые головы моих бывших земляков, решившие с похмелья, что ритуальные истуканы мешают им двигаться в Эвропу?

Боязнь призраков прошлого в психиатрии называется мнемофобией. Это когда человек стремится вытеснить из памяти неприятные, страшные события прошлого. Тягостные воспоминания — мучительная пытка, неотвратимая и неизбежная. Больной мнемофобией боится всего, что может напомнить о прошлом. Неприятные воспоминания уродуют мысли, порабощают волю, причиняют душевные муки, отягощают и нарушают повседневную деятельность. Мнемофоб не в состоянии контролировать и управлять воспоминаниями. Мысль о том, что перед глазами вот-вот возникнет картинка из прошлого, вызывает у панический страх.

Мнемофобия порождает навязчивую потребностью выполнять некоторые ритуальные действия, чтобы подавить в себе прошлое. Больные уверены, что если петь «щеневмерла», скакать всем стадом на площадях и улицах, одевать на головы кастрюли, камлать: «героямслава!» «бандерапридепорядокнаведе!», «украинапонадусе!»., это поможет взять под контроль свое сознание и избежать свиданий с призраками. Ужасы былого возникают навязчиво и непредсказуемо, а памятники истории воспринимаются при этом их агентами и провокаторами. Больные не способны относиться критически к своему состоянию и не понимают, что на самом деле их страхи преувеличены и беспочвенны, а сами памятники не имеют к ним никакого отношения.

По мере развития недуга частота и длительность пребывания в ловушке адских воспоминаний увеличивается. Интенсивность симптомов нарастает, превращая человека в депрессивного, истеричного психопата. Чем дольше он остается без лечения, тем сильнее становится тревога, которая из ощущений легкого опасения с незначительными соматическими проявлениями переходит в полномасштабные панические атаки, заканчивающиеся агрессией, направленной не только против памятников, но и против соотечественников, не поддающихся безумию. Как на Майдане, в Одессе или в Донбассе.

Особо ненавистны пораженным «щирым» украинством даже не живые сепаратисты Донбасса, а каменные изваяния В.И.Ульянова, деятелей революции 1917 года, борцов за Советскую власть и защитников Родины в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Их памятники истерически и варварски уничтожаются. Хотя при наличии здорового сознания и элементарной культуры мышления они могли бы остаться на своих местах и быть полезными напоминаниями об опасных заблуждениях общественного сознания, незрелых иллюзиях и вере в коммунальные утопии, которые, даже если напрочь стереть их из памяти, будут все равно возвращаться.

Майданутые «революционеры» остервенело крушат память о революционерах-большевиках не случайно. Это их братья по разуму: борцы за психиатрическую мечту. А потому конкуренты в борьбе за душу обывателя. Идиотический вандализм в почете у власти, создающей с его помощью у простодушного населения видимость хоть каких-то реформ. А еще это результат опасной иллюзии, будто бывают революции «правильные» и «неправильные». Майданная психиатрия, безусловно, «правильная» по сравнению с «неправильной» большевистской. По мнению самих майдаунов.

О ПОЛЬЗЕ ПАМЯТНИКОВ

Памятники нужно не рушить, а беречь. Чтобы учить с их помощью потомков. Это — единственный залог, что прошлое не повторится. А еще необходимо лечить общество от блуда любой революционной инженерии и любых попыток противоестественного переустройства человеческой и общественной природы вопреки всем ее объективным законам. Вместо познания этих законов и приведения своей жизни в соответствие с ними. Следует разъяснять — терпеливо и доходчиво — со школьного детства, что любая революция — от желудочной до социальной — это, на самом деле, ни что иное, как органическое или функциональное расстройство, нуждающееся в решительном и безотлагательном лечении. Иначе — нелепый расход энергии на застирку нижнего белья и на ликвидацию разрухи — в головах и на улицах. А психически здоровые народы в это время будут продолжать поступательное развитие — без скачков и авантюр — постепенно и необратимо.

Памятники — это следы прошлого. Как те, которые мы сберегаем в виде фотографий, кусочков ткани, детских шелковистых локонов, бирочек из роддома, гербариев, винных пробок, писем, открыток и тому подобной мишуры, которая сама по себе — хлам и мусор. Но в сочетании с нашими воспоминаниями о прошлом она приобретает оттенок сакральности. За что и хранится бережно, как ювелирные драгоценности. А после нас легко сметается в мусорное ведро — потомками, вступившими в наследство.

Любой памятник несет в себе воспитательный потенциал. В общественном сознании он связан, как правило, с феноменами героизма, жертвенности, мученичества, подвига... Но в памяти общества полезно запечатлеть не только победы и триумфы, не только достижения и подвиги, но и поражения. Вместе со всеми их горестными уроками и печальными нравоучениями. Учить, так учить!

Безответственность. Коррупция. Профессиональная недобросовестность и, как следствие, — аварии и катастрофы. Мятежи и войны... Все они имеют своих авторов, большинство из которых, однако, либо анонимны, либо укрыты от общества густой бессовестной ложью пропаганды. Вы помните имена безответственных людей, виновных в чернобыльской катастрофе? А вы хотя бы знали их когда-то? А ведь это не просто головотяпы рукожопые. Это преступники! Они виновны в мучительной гибели тысяч людей. А может быть вы назовете имена трех мерзавцев, лишивших нас Родины в Беловежской Пуще?

Анонимность и ложь — причины наших бед и трагедий. Они порождают у преступников надежду на сокрытие вины. Не только от прокурора, но, в том числе, и от общественного мнения, суда которого люди боятся не меньше, чем суда уголовного. Если это, разумеется, психически нормальные люди. А иначе зачем безграмотные бездари скупали бы себе ученые звания, щедро оплачивали бы заказные диссертации, текста которых в глаза не видели ни разу? Даже накануне защиты. И к чему тогда ордена, медали, почетные грамоты, бюсты и памятники еще при жизни? Зачем переименования улиц, бульваров, проспектов и площадей «имени меня»? К чему благотворительность со всеми этими храмами, школами, домами престарелых, построенными за преступные деньги? - Только чтобы на мраморной доске увековечить имя спонсора, чьи руки по локоть в крови, чья совесть черна, как сажа, чей дух обречен корчиться в адском пламени проклятий, посланных всеми ограбленными и оскорбленными при его подлой жизни. Так скупается — оптом и в розницу — «благодарная» память населения, которое, в простоте своей, якобы, не подозревает, кем на самом деле был «благодетель». Но фокус в том, что на самом деле так скупается не память, а иллюзия памяти.
ПАМЯТНИК ГРЕХОВНОСТИ

Возможность укрыться от суда общественного мнения возникла в городах, смешавших и обезличивших в своих каменных джунглях выходцев из разных регионов, стран, этносов и общественных классов. Все они, спрессованные на убогих квадратных метрах многоэтажных скворечников, незнакомы друг другу, а потому чужи. И чужды. Они не связаны ни совместным трудом, ни собственностью, ни общностью происхождения, ни соседской взаимопомощью, ни памятью предков, ни общим детством. Зачастую у них разные религии, разные праздники, различный уровень образованности и культуры. Все они слишком разные и непохожи друг на друга. Их ничего не связывает. Они чужие. И потому им не стыдно гадить друг другу. Ведь чужого всегда не жалко — по определению. А значит ничто не может помешать горожанам поступать бессовестно и преступно по отношению к соседу по дому, по улице, по городу. В котором так легко затеряться, растворившись в толпе бесчисленных и безликих незнакомцев. Формальное правосудие здесь бессильно. Для наказания преступника Фемида нуждается в неопровержимых доказательствах. Но как собрать их среди безразличных и безответственных обывателей, чужих друг другу и чуждых идеалам справедливости и законности, пока сами не попали в беду?

Город — питательная среда для коррупции, для уголовной и экономической преступности, для всех пороков — возможных и невозможных. И спасти город от гниения и разложения изнутри, а с ним и всю городскую цивилизацию, у которой нет альтернативы, способны только … ПАМЯТНИКИ. Памятники человеческим грехам. Причем персонализованным до мгновенной и безошибочной узнаваемости.

Вор, насильник, убийца, трутень, коррупционер, бюрократ, нарушитель закона ощущали бы себя не столь комфортно и безнаказанно, если бы повседневно, повсеместно и неуклонно были под наблюдением и контролем многоглавого, вездесущего, бескомпромиссного и неподкупного Дракона Общественного Мнения. С которым ни договориться, ни запугать, ни убить. И пусть скупленные на корню мафией прокуроры и судьи, тюремщики и полицейские «зачищают», защищают и подкупают официальных свидетелей, извращают и прячут улики... На Суд Общественного Мнения это не повлияет. Потому что он работает совсем иначе, чем коррумпированный и неправый казенный суд.

Возьмем, к примеру, В.Ф.Януковича. Уникальная фигура! Президент клептомафии. Ворюга. Хамло. Трус премерзкий. Жадная и кичливая человекообразная тварь. Липовый «проф-ф-фесор», заведующий кафедрой в Донецкой Акамедии Управления, где его ни разу не видел ни один студент и, где на «его» ритуальном письменном столе не сохранилось ни одного отпечатка «академических» пальцев. «Писатель», получавший миллионные гонорары за книги, которых он никогда не писал. И не мог написать, потому что делал в слове из трех букв четыре ошибки. Президент, создавший уникальное в истории уголовное государство, в котором полиция и чиновники не защищали закон, а дружно его насиловали, не охраняли казну от уголовников, а были ее монопольными расхитителями. Собравший в парламенте «элиту» — сплошь из негодяев: лжецов, воров и убийц. Разграбивший страну и опрокинувший ее в гражданскую войну. Трусливо сбежавший вместе с награбленными миллиардами на территорию соседнего государства и пережидающий там — в безопасности и комфорте — кровавую драму войны у себя на родине — в Донбассе...

По законам военного времени — он провокатор и дезертир. Не заслуживает даже пули. Только веревка. И без мыла — не заслужил. И без права захоронения.

Но законы мести действуют исключительно во внешнем мире — за пределами внутреннего круга кровных родственников, для которых преступник остается «своим» - мучеником, ищущим прощения, спасения и сожаления.

Но есть куда более полезные и правильные законы — Законы Человеческой Памяти. Они прописаны в крови каждого из нас. Они неумолимо и беспощадно справедливы. И не так кровожадны. Потому что не требуют казни тела мерзавца. При этом они многажды эффективнее кровавой мести. Потому что стирают спасительную для преступника грань, отделяющую в общественном сознанни его род и семью, где он находит свое последнее убежище, свое оправдание, жалость и... прощение, от остального общества. Они лишают его поддержки «своих» - родичей и потомков. Потому что когда ВСЯ ПРАВДА о негодяе становится достоянием общественного мнения, она неизбежно раскладывает ответственность за преступления одного урода на весь род, на всю семью, делая их невольными сообщниками преступника. И подельниками. А такое не прощают даже «своим». Потому что никто не станет брать на себя чужую вину. Ни делить ответственности за нее. Даже с самым близким родственником. Потому что носить общую фамилию с преступником — позорно и оскорбительно. Задумайтесь: каково будет жить детям и внукам В.Ф.Януковича с этой фамилией. Невзирая на унаследованные счета в банках и недвижимость. Не удивлюсь, если они сменят ее на девичьи фамилии матерей. Или других родственников. Потому что «Янукович» с этих пор — имя нарицательное, вызывающее отвращение и брезгливость. И ни за какие деньги этого не исправить. И не замолить. Хоть в монахи постригись. И зачем тогда Виктору Федоровичу его шальные деньги? Обеспечат ли они ему благодарную память? Хотя бы родственников?

И не говорите мне, что «деньги не пахнут»! Деньги Януковича крепко пахнут. Они пахнут кровью Донбасса. И нет парфюма, способного заглушить этот смрад.

И чтобы на смену одному Януковичу или Ахметову (та еще штучка) не пришли новые. Чтобы уберечь от судьбы Януковича его политических «наследников» - в ДНР и за ее пределами - нужно, чтобы на улицах и площадях Донецка и других русских городов появились памятники. Памятники «антигероям». И нашего времени, и ушедших времен. И пусть со всей силой изобразительного искусства они отобразят подлинные «добродетели» и «достоинства» общественных и политических деятелей, какими они остались в «благодарной» памяти народной, став причинами бед и бедствий тысяч и миллионов соотечественников. И пусть Парки Ничтожеств, Аллеи Антигероев, Скверы Прохвостов, наряду с Парками Кованых Фигур и Аллеями Ангелов, расстрелянных Украиной, станут местами массового паломничества. Семьями и кампаниями, в одиночку и парами пусть приходят сюда люди, чтобы вспомнить и рассказать друг другу о подлости и предательстве, о жадности и трусости, о безответственности и безнаказанности, которые отныне будет уже невозможно скрыть в беспамятстве, в безымянности и в безразличии.

Земляки, дончане, предлагаю:

1) проведем конкурс проекта памятника В.Ф. Януковичу. Это тот самый случай, когда «герой» заслужил его при жизни. И непременно у себя на Родине. И пусть ничто не ограничивает фантазии авторов, кроме чувства Справедливости и чувства Меры.

2) Предлагаю администрации общины города Донецка выделить место для обустройства Парка Антигероев, где найдут свое место памятники Кролику, Кровавому Пастору, Шоколадному Хрюше и иным обитателям «героического» зоопарка по имени «Украина».

3) Если инициатива не встретит поддержки администрации города, я знаю приватное лицо, готовое предоставить место для такого памятника на территории его собственных земельных угодий.

Пишите мне в личку, если готовы принять посильное участие в проекте «ПАМЯТНИК НИЧТОЖЕСТВУ».

Никита Мирошниченко, гражданин Донецка.
19.07.2016.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...