Фотопроекты

У времени в тени

Колыма шаламовская и современная
17.02.2017
Проверено на опыте: до сих пор большинство жителей нашей страны воспринимает Колыму в соответствии со строками из известной песни Высоцкого: «Ведь там сплошные лагеря, а в них убийцы...» Лагерей на Колыме давно нет (один небольшой – для «внутреннего пользования»), но от недоброй памяти край не может избавиться, несмотря на все усилия местных властей.
Колыма начиналась как территория «Дальстроя», особого треста, созданного для добычи «металла №1». Одна восьмая территории СССР, более 850 тыс. заключенных с 1932 по 1953 год, каждый шестой из которых погиб – и сотни тонн добытого золота. Золото на Колыме добывают и сейчас, причем подчас на тех же самых местах, где когда-то работали и умирали узники.
Рыбный порт, Магадан. 2014.
Магадан – столица Колымы. Был основан в 1930 на побережье Охотского моря в бухте Нагаева. С 1932 по 1952 годы Магадан был крупнейшим центром транзита заключенных, пересылаемых в лагеря колымского Гулага.
Поселок Ягодное, 2014.
Мы с фотографом Эмилем Гатауллиным оказались на Колыме благодаря историку и геологу Ивану Джухе, который в августе 2014 года организовал экспедицию, посвященную шаламовской Колыме. Потом было еще две поездки в 2015 и 2016. Мы хотели увидеть и показать Колыму такой, какой она стала сейчас, понять, насколько сохранилась история и атмосфера, знакомая по прозе «Колымских рассказов» и поэзии «Колымских тетрадей». Наши экспедиции проехали по тем местам, где побывал заключенный Шаламов: от Магадана до Кадыкчана – шахтерского поселка, который сейчас можно спутать с печально знаменитой Припятью, и где нет ни одного человека, только пустые дома. Шахты, которые закладывал Шаламов в начале сороковых, взорваны, а в поселковые котельные уголь теперь большей частью завозится из-за границ области...
Колымская трасса, 2014.
Главная автодорога Магаданской области была построена в 30-50-х годах преимущественно заключенными колымских исправительно-трудовых лагерей.
Поселок Синегорье, 2016.
Варлам Тихонович Шаламов, самый известный узник Колымы, пробыл там без малого 17 лет. Его «Колымские рассказы» стали одним из самых ярких произведений русской прозы ХХ века и одновременно – свидетельством преступлений сталинской эпохи. Но самое главное – в них показано, насколько тонок, хрупок слой человечности и культуры и как легко он может быть стерт голодом, холодом и унизительным насилием. Варлам Шаламов смог найти художественную форму для того, чтобы рассказать об этом.

Шаламов оказался на Колыме в августе 1937 года, когда из трудового лагеря со сравнительно низкой смертностью Севвостлаг превращался в «сталинский лагерь уничтожения», одной из главных задач которого было уничтожение политических заключенных.

Туберкулезный диспансер, поселок Дебин, 2014.
Начиная со второй половины 1940-х, здесь была Центральная больница для заключенных Севвостлага. В 1946-1951 годах в ней работал фельдшером Варлам Шаламов.
Поселок Дебин, 2014.
Галина Гоголева, бывшая заключенная, работавшая в больнице в одно время с фельдшером Варламом Шаламовым.

От Колымы времен Шаламова осталось немного. Редкие постройки эпохи «Дальстроя», сохранившиеся в области, и так и не уехавшие на материк дети бывших заключенных, родившиеся еще в лагерных отделениях: Эльгене, Дебине, Ягодном... Но сама природа Колымы оказывается напоминаем о том, что происходило здесь многие годы назад.

«Документы нашего прошлого уничтожены, караульные вышки спилены, бараки сровнены с землей, ржавая колючая проволока смотана и увезена куда-то в другое место. На развалинах Серпантинки процвел иван-чай — цветок пожара, забвения, враг архивов и человеческой памяти».
                                                                                                            Варлам Шаламов «Перчатка»

Караульная вышка в бывшем лагере Днепровский, 2014.
Днепровский – один из наиболее сохранившихся до наших дней лагерей Колымского ГУЛАГа. Просуществовал с 1941 по 1955 годы, и представлял собой рудник по добыче олова и обогатительную фабрику. Работали здесь «особо опасные преступники», бывшие советские военнопленные, а также заключенные, осужденные по политическим статьям.
Наталья Хаютина (1932-2016), поселок Ола, 2015.
Приемная дочь наркома внутренних дел Н.И. Ежова. После ареста отца была отправлена в детдом. Окончила музыкальное училище и добровольно отправилась на север, где работала в музыкальной школе и агитбригадах. Выйдя на пенсию, поселилась в поселке Ола.
Мона Лиза, артель "Утинка", 2016.
Нынешняя трагедия Колымы – ее запустение. Разрушаются не только памятники истории ГУЛАГа, разрушается то, что было построено в постсталинский период – в 60-70-е годы. Один за другим исчезают поселки. В 1990 году в Магаданской области жило около 550 тысяч человек. В марте 2015 года — 146 тысяч, из которых в самом Магадане — около 96 тысяч жителей. В 80-е годы край находился на подъеме, планировалась промышленная разработка рудного золота, активно строились поселки, дороги, аэродромы, Колымская ГЭС с ее уникальным машинным залом, вырубленным прямо в скале. В 90-е годы — обвал.
Машинист промприбора (промывочный прибор для добычи золота), прииск Спокойный, 2014.
На прииске Спокойный, 2014.
В долине ручья Спокойный в 40-50-е годы находился исправительно-трудовой лагерь "Спокойный", его еще называли "всеколымский штрафной". Лагерь был строгорежимный, для рецидивистов и многократно судимых уголовников. Здесь же был прииск, на котором работали заключенные. В 1943-44 годах на этом прииске работал Варлам Шаламов, во время своего заключения. В наши дни на Спокойном тоже идет работа. Здесь моют золото старатели из артели Владимира Наймана.
Поселок Синегорье, 2015.
Синегорье – самый молодой населенный пункт Магаданской области. Основан в период с 1971 по 1981 как база для строителей Колымской ГЭС. После завершения строительства ГЭС большинство жителей уехало из поселка. Сейчас примерно две трети зданий пустуют, а оставшееся население состоит, главным образом, из сотрудников ГЭС и их семей.
Поселок Синегорье, 2016.
Отсутствие отопления в 50-градусные морозы, чудовищная дороговизна, отсутствие работы – через это в 90-е годы прошли многие поселки, десятки тысяч колымчан. В разговорах они повторяют одно и то же: «Нас бросили». И это ощущение заброшенности не уходит, и до сих пор заставляет многих уезжать на материк.

В 60-е – 80-е годы на Колыму ехали «за длинным рублем» и за «северной романтикой». Собирались поработать два-три года, но оставались на десятилетия, рассчитывая все-таки уехать туда, где потеплее. Уехать удалось не всем.
Рабочий старой котельной поселка Оротукан, 2016.
Старый пирс в бухте Нагаева, Магадан, 2014.
Поселок Атка. 2015.
...Поселок Атка, две сотни километров от Магадана. В конце 80-х годов – 2,5 тысячи жителей, автобаза, от Магадана до Атки был протянут топливопровод. Сейчас в четырех пятиэтажках вокруг здания школы (в которой также помещаются библиотека, детский сад, поселковая администрация, и фельдшерский пункт) постоянно живет 220 человек, 89% пенсионеры. Остальные здания разрушены целиком или частично, а сам поселок готовится к расселению. Если это произойдет, то на протяжении трехсот километров знаменитой колымской трассы жилья не останется вовсе.
Поселок Дебин, 2016.
Дмитрий, бульдозерист золотодобывающей артели "Утинка", 2016.
Главный экономический ресурс края остался прежним — золото. Во времена «Дальстроя» государство «снимало сливки» — золото добывалось там, где его было проще и быстрее всего взять. Технологии изменились, как и цены на мировом рынке, поэтому сейчас старательские артели стоят на тех же местах, где когда-то добывал золото заключенный Шаламов, перемывая долины ручьев и рек в третий, а то и в четвертый раз.
Долина реки Мякит, 2015.
Колыма сейчас – это не только природа, память о репрессиях, золото, и свидетельство постсоветского развала. Колыма – это прежде всего удивительные люди, которые сохраняют силу, мужество и какую-то особую искренность и отзывчивость, которая, видимо, и дает возможность жизни в этом краю. Встреченный нами участковый, которого мы подбрасывали по трассе, сказал: «На Колыме остаются только те, кому некуда ехать или те, кто может здесь заработать». На самом деле есть и третья категория – те, кто не хочет отсюда уезжать, кто — как бы пафосно не звучало – любит этот край, привык к девятимесячной зиме, спокойствию, удивительной таежной красоте, охоте, рыбалке, и не готов приспосабливаться к «суетной» жизни на материке. Но большинство скорее смирилось с заброшенностью и живет либо воспоминаниями о счастливом прошлом, либо сегодняшним днем, наблюдая бездумное разрушение всего того, что они строили своими руками многие годы.
Николай и олимпийский Мишка, поселок Сенокосный, 2016.
Похороны в поселке Ягодное, 2016.
Рабочий старой котельной поселка Оротукан, 2016.
Бюст Ленина, поселок Дебин, 2016.
Мосты над ручьем Обрывистым, 2014.
Но, несмотря на все социальные потрясения ХХ века, на все травмы, оставшиеся на теле Колымы – эти места еще живут. Правда, живут своей жизнью – у времени в тени.
Поселок Синегорье, 2016.
Поселок Ягодное, 2016.
Поселок Ягодное, 2016.
Поселок Кадыкчан, 2014.
Кадыкчан – заброшенный шахтёрский поселок-призрак. Возник в годы Великой Отечественной Войны как рабочий посёлок при предприятии по добыче каменного угля. Шахту и посёлок строили заключённые, среди которых был писатель Варлам Шаламов. После взрыва на шахте в 1996 году Кадыкчан было решено закрыть. Из поселка выселили всех жителей, дома были отключены от коммуникаций, а частный сектор сожжен, чтобы люди не возвращались. Бюст Ленина на центральной площади поселка был расстрелян последними жителями, когда они бросали свои дома.
Поселок Синегорье, 2016.
В долине ключа Дусканья, 2015.
Поселок Оротукан, 2016.
Поселок Карамкен, 2014.
В 1995 году закрылся Карамкенский горно-обогатительный комбинат, а в 2012 Карамкен утратил статус посёлка городского типа, сейчас он в перечне населенных пунктов, подлежащих расселению. Валерий – один из немногих оставшихся жителей. Занимается выращиванием огурцов в теплицах, отапливаемых дровами.
Бухта Нагаева, Магадан, 2014.
Каток в Ягодном, 2015.
Заброшенная школа поселка Кадыкчан, 2014
Поселок Ягодное, 2014.
Магадан, 2014.
© 2017 All Rights Reserved
Перепечатка и перепубликация в печатных изданиях или на страницах интернет-сайтов разрешается только с письменного разрешения авторов
Сергей Соловьев


Эмиль Гатауллин


emilgataullin.com
Ваши возможности на платформе Les.media
Создайте аккаунт на платформе Les.media

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...


  • An
    @AnatolyStrunin
    1 year ago

    Отличный материал, спасибо!..

  • @Vasilich1959
    1 year ago

    Сильный проект, классная съемка. Спасибо.

  • Na
    @Nataly
    1 year ago

    Я долго жила на Колыме. Поселок Черский, есть такой. Там тоже сейчас запустение( Жаль. Спасибо за материал)

  • АД
    @alladin
    1 year ago

    Всегда с большим интересом Ваши фотоработы.
    Успехов!

  • АК
    @peremenchiviy
    9 months ago

    !!