Репортажи

Арест Ангела

Алексей Смирнов — между осанной и "распни"
10.10.2016
Алексей Смирнов, командир гуманитарного батальона «Ангел», был арестован министерством госбезопасности ДНР и все еще находится в заключении.

Ему выдвинуты обвинения в незаконном хранении оружия и использовании поддельных документов. Вот революция и закончилась - в период военного ополчения вопрос о законности оружия и корочек никого не волновал. Герой повержен, сторонники и поклонники отрекаются или молчат.

Но наши корреспонденты видели и помнят, как «Ангелы» помогали людям, и с прискорбием замечают: отрекаясь от проверенных героев, общество перестает верить в самые простые вещи - в добро, в правду, в людей.
Луганск. Март 2015. Зима отступает, но город стыл, мрачен и безлюден. Кажется, он умер во время очередной бомбежки, и зима уйдет, а весна никогда не настанет. Безжизненные части города составлены из серых блочных многоэтажек. В квартире одной из них — необычное для этого города и его военного положения оживление, в ней толпятся мужчины в камуфляже. Внизу под окнами ждут машины, загруженные провиантом. Планируется выезд в сторону Дебальцево. Пакеты с едой – гуманитарная помощь жителям Чернухино. Поговаривают, что теперь – после окончания наступления на Дебальцево, во время которого полыхали Никишино, Чернухино и Углегорск, дорога в ту сторону относительно безопасна.

Алексей Смирнов, командир батальона «Ангел», гражданин Российской Федерации, москвич и режиссер, впрочем, пока не снявший сколько-нибудь известного кино, стоит в углу кухни с кружкой чая в руке. В проеме двери маячит долговязый Мясник, ополченец крупными чертами лица напоминающий героев из советских военных фильмов.

— Когда мы были в окружении, и ситуации были жесткие, мы записывали последние свои видеобращения и песни тоже, — Алексей отвечает на мой вопрос «Почему называет себя Ангелом?». — Меня начали сравнивать с Тальковым. Потом у меня выросли борода и волосы, тогда с Иисусом начали сравнивать… и прочее. Я: «Ребят, спокойненько. Давайте без фанатизма». А у меня в Фейсбуке собирается очень много людей. Думаю, ни в одном другом месте на планете земля не собирается столько людей с криками о помощи. В день приходит порядка ста сообщений: «Умираем с голоду!», «Помогите, сидим в подвале!» «Помогите, дом разбомбило!». Вот уже месяца три, как люди так и начинают свои сообщения: «Здравствуй, Ангел…». Не Алексей, а Ангел. …Я очень боролся с этим фанатизмом. Но потом друг наш погиб… и поэтому мы долго грустили, я потерялся на какое-то время, а все писали: «Где ты, Ангел? Где ты?». И я сказал – «Ну ок. Хорошо, хотите, чтобы я был Ангелом, буду я Ангелом». Поэтому мы назвали свой батальон «Ангелами».
Последняя на момент выхода этого репортажа публикация в фэйсбуке Алексея Смирнова (https://www.facebook.com/AlexeySmirnov84). 
В то время и уже много месяцев подряд, с начала украинского конфликта, в Фейсбуке Смирнова видео, на которых были запечатлены материальные разрушения и человеческие страдания, перемежались с просьбами о помощи, реквизитами, портретами и селфи самого Алексея. «Едем в очень горячую точку», — время от времени писал он. «Храни вас Бог!» — отвечали пользователи ему. — «Ты – молодец!». «Ты – настоящий!». Однажды он, собирая помощь для человека, жизнь которого, по его словам, отсчитывала последние дни, но их можно было преумножить, разменяв на деньги, написал: «Песочные часы перевернуты».

Порой Алексей выкладывал видео, где пел или читал под музыку стихи. И то, и другое у него выходило плохо, но не отпугивало подписчиков, а, наоборот, прибавляло. Ведь помогали они не Алексею, а через него Донбассу, его самого видя лишь инструментом, материализующим эту помощь. «Храни вас Бог, Ангелы!» — писали люди из Российской Федерации, и эти послания, по-прежнему, можно прочесть в аккаунтах Смирнова.
«Война, война. Как пульс это слово бьется по венам, — писал он. — Кто-то по имени Бог поймал нас в эту ловушку и пытается запихнуть нас в книгу, страницы которой за нами захлопнутся навсегда. Мы в ней застынем в вечном крике, взывая к человечеству, отыскивая чистые души, способные помочь, способные откликнуться на детский плач».

Чистые души находились в Российской Федерации и писали ему в ответ: «На Яндекс — три сотенки», «Кинул тысячу», «Жду пенсию. Помогу».

Из рации звучат голоса — исполненные тревоги, ожидающие опасности на этой раскисшей от талого снега дороге, по обочинам которой – плотная серая дымка над степью, а за ней пространство виднеется смутно, и кажется, что там стена, и ею заканчивается мир. И нет ничего другого, только обрубки деревьев, которыми встречает Чернухино, тихие развалины домов, умершие электрические провода, отсутствующие птицы и неприсутствующие люди. Туман и мрачное начало мертвой весны отчетливо говорят – весь мир умер, и испустил он последний вздох здесь, в Чернухино. После космического нашествия бездушных пришельцев, ведь человек, как кажется, не может причинить такого вреда другому человеку, природе и своему же миру.

Чернухино, село пострадавшее от огня с обеих сторон во время Дебальцевской операции, март 2015 года. Когда наши корреспонденты с "Ангелами" въезжали в него, казалось, что людей нет. Фотография: Марина Ахмедова
Не следует, однако забывать, что рамки и место обучения кадров способствует подготовки и реализации соответствующий условий активизации. Таким образом постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет выполнять важные задания по разработке позиций, занимаемых участниками в отношении поставленных задач. Задача организации, в особенности же начало повседневной работы по формированию позиции в значительной степени обуславливает создание систем массового участия. Не следует, однако забывать, что укрепление и развитие структуры способствует подготовки и реализации систем массового участия. Не следует, однако забывать, что постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности способствует подготовки и реализации направлений прогрессивного развития. Товарищи! постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет оценить значение форм развития. Повседневная практика показывает, что дальнейшее развитие различных форм деятельности влечет за собой процесс внедрения и модернизации существенных финансовых и административных условий.

«Я хочу спасти мир, и у меня правда» — напишет скоро в своем блоге Смирнов. А сейчас он с экшн-камерой на голове идет по дороге, оторвавшись от своего батальона. И встречают его обрубки домов, черные деревья, которые никогда не оживут, раскуроченная военная техника. Пока вдруг мир не вспыхивает огненно-красной точкой. Это старуха выходит из распахнутых створок калитки, забора от которой – нет, и прижимает она к глазам огненно-красный платок.

Позже, когда из уже перевернутых часов, высыплется еще несколько частичек песка, Смирнов сделает такую запись: «Мое сердце падает наземь и разбивается вдребезги». Однако тем, кто не видел, как из калитки ведущей от одной стены мира к другой, выходила старуха в серой шали, эта фраза может показаться пафосной.

— Здравствуй, бабушка! …Бабушка, не плакать! Не плакать, бабушка… Сейчас дадим вам хлеба… Вы скажите, что нам сделать, только не плачьте.

Газель стоит на дороге, рядом с подбитым танком, распухнув дверь. Виднеются белые пакеты с провиантом. Кажется, машина так и уберется из Чернухино загруженной, людей здесь нет. Но проходит немного времени, и из развалин выходят несколько женщин, обмотанных теплыми вещами.

— Ребята, — машут руками. — Здесь живут! Ребята, здесь люди — живут!
— Бегите за Серегой! Кто-нибудь сбегайте за Серегой, Серега – голодный!
— Кто здесь главный, кто? Алексей, я — тетя Маруся. Вон мой дом — крайний по той стороне. А там Серега, мой одноклассник. Сколько дней голодный просидел. Всё разбито, всё, — скороговорит она. — Все стреляли, все. Одни мы не стреляли — у нас оружия не было. Денег не возьму, — отталкивает локтем пачку денег. — А нам негде продукты покупать. А за хлебушек спасибо.

Вдалеке показываются трофейные танки. Они медленно, будто раненные животные, содрогаясь сами и сотрясая все вокруг, тяжело проползают на брюхе по дороге и исчезают, поглощенные туманной стеной.

— Холодно, — скрипит бабка, отняв красный платок от лица. — Холодно.
Март 2015 года. Чернухино. Бабушка с красным платком - первая, кто вышел навстречу гуманитарной помощи "Ангелов". Фотография: Марина Ахмедова
Не следует, однако забывать, что рамки и место обучения кадров способствует подготовки и реализации соответствующий условий активизации. Таким образом постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет выполнять важные задания по разработке позиций, занимаемых участниками в отношении поставленных задач. Задача организации, в особенности же начало повседневной работы по формированию позиции в значительной степени обуславливает создание систем массового участия. Не следует, однако забывать, что укрепление и развитие структуры способствует подготовки и реализации систем массового участия. Не следует, однако забывать, что постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности способствует подготовки и реализации направлений прогрессивного развития. Товарищи! постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет оценить значение форм развития. Повседневная практика показывает, что дальнейшее развитие различных форм деятельности влечет за собой процесс внедрения и модернизации существенных финансовых и административных условий.
Смирнов уходит по дороге, держа в руке, как камень, пачку денег. «Как грустно, что в нашем мире деньги правят миром, — будет писать он позже, в одном коротком предложении употребив слово «мир» дважды, словно, кроме нашего, есть еще какой-то другой мир. Впрочем, пока Чернухино — то редкое место, в котором деньги не правят ничем. Люди здесь отказываются от денег, им не на что их обменять. Но Смирнов все равно без счета разбрасывает их, как камни, по сопротивляющимся рукам, по карманам. 

— У кого правда, тот и сильнее, — продолжит он свой пост в Фейсбуке. — Правда?». «Сила – в правде, не в деньгах! – яростно ответят его подписчики. – А правда – у настоящих. Ты – настоящий. У тебя – правда».
— Услышьте наш крик! – кричит в спину удаляющегося Смирнова женщина.

А Смирнов идет, приволакивая ноги так, словно у него за спиной действительно большие крылья, и с каждым шагом вглубь умершего мира, они как будто б становятся шире и тяжелей. Смирнов идет так, будто на него сейчас смотрят тысячи его подписчиков, будто каждый его шаг, каждый поворот головы будет зафиксирован невидимой камерой, которая снимает кино, а в нем – не война идет по земле, неся страдания, а Смирнов идет через войну, свесив крылья, хотя он-то, имея их, мог бы воспарить и вырваться из этого гиблого места. Но, может быть, правда и в том, что у настоящих Ангелов, которые думают слишком много о своих крыльях, они вырастают такими большими, что ими больше невозможно взмахнуть.

Впрочем, картинки мира, окружающего Смирнова, не дали подняться вопросам, которые часто обсуждались до войны: «А должен ли волонтер выкладывать свои портреты на фоне бедствия? Должен ли он заявлять о себе, используя чужие горе и беду? И что им движет — желание славы или желание помочь?» Картинки эти были столь убедительны, что для подписчиков, жертвовавших деньги, стала важной только изображенная на них реальность. И они были готовы заплатить свои деньги за то, чтобы убрать чужую беду, купить облегчение — от голода и от холода, от боли, физической и душевной. Их было много — услышавших чужой крик. Иначе Смирнов сейчас не шел бы по дворам, разбрасывая деньги и хлеб. Возможно, он в этот момент видел себя героем самого главного в своей жизни кино, режиссером которого стал не он, а война. Но подписчики, совершенно точно, видели в нем человека, способного пролететь сквозь войну и донести их помощь. И в тот момент ни для тех, от кого он ее нес, ни для тех, кому он ее нес, мотивы его были не важны.

«Месяц, словно рогатый бес, тусклым светом освещает наш путь, на трассе нас хорошо видно. Надеваю наушники — грустная скрипка, она разрывает картину мира напополам, на войну и на жизнь. А мы ведь могли остаться дома, и тогда не пришлось бы нам прятаться от снарядов в Ясиноватой. Но все это ерунда по сравнению с тем, что кто-то больше не увидит этот прекрасный застенчивый рассвет», — писал Смирнов в блоге, умело подтверждая представления подписчиков о себе, как об Ангеле-неуязвимом, несущем помощь, проходя невредимо сквозь все ловушки войны потому лишь, что Ангелы должны видеть рассвет.

— Готовы ли вы это видеть? Я еще раз спрашиваю — готовы ли вы это видеть? — спрашивает Мясник и сам отвечает. — Видеть этого нельзя.

Газель переместилась на площадь. К ней со всех сторон тянутся люди — женщины и мужчины. Развалины выпускают еще людей и еще. В Чернухино действительно живут. Пакетов с едой не хватает. Те, кто не получил хлеба, окружают Газель и сначала молча смотрят в ее опустевшее нутро, и не сразу, но вскоре позволяют себе ропотливые упреки:
— Вы просто не понимаете – улица Дзержинского без хлеба.
— Почему вы на всех не привезли?
— Когда вы еще приедете?
— Мы ничего не получили вообще!

Толпа медленно расходится. Скрипя спицами в колесах, подъезжает на ржавом велосипеде дед. Глазеет, моргая, в пустую «Газель».
— Уже нету? — басом спрашивает он. — Почему вы не дворами? Почему вы уже закончили? — голос деда скрипуче срывается и кажется он поднимает кулак, чтобы утереть им слезы, которые катятся по его щекам, но вместо этого грозит кулаком Ангелам. — Ограбили! Хату побили! Не люди! Не люди!
— Отец, прости нас…
— Да пошли вы!
— Отец, не плачь. Отец, слышишь, прости нас. Пожалуйста, не плачь.
— Да пошли вы! Почему всем не раздали, с-суки?! Не надо мне вашего хлеба! Не надо мне ваших лекарств! Эх, вы-ы!
— Ладно, батя…

Скрипя, велосипед уезжает по той же дороге назад.
— Ы-ы! – оборачивается дед, грозя кулаком. – Ы-ы.
Зажав в руке деньги, как камень, словно собираясь кинуть ими в дедову спину, молчавший все это время Смирнов идет за велосипедным скрипом все той же походкой, волоча за собой крылья, видимые только ему и его подписчикам, никогда не усомнившимся в том, что Ангел — настоящий. Не потому что им нравились его песни или то, как он читал стихи. И не потому, что верили в его крылья, которые он иногда пририсовывал себе на селфи. А потому, что им нравилось помогать.

«А вообще, к слову сказать, — напишет скоро Смирнов, — мы с вами весьма успешно сражаемся с людским безразличием. Наше оружие — не слова, а поступки».

«Редко, но все же встречаю людей, которые говорят, что мы пиаримся или наживаемся на помощи. Вас не научили хорошему и вы не верите в искреннюю помощь. Я на сто процентов уверен в честности каждого человека в батальоне. Да, мы пиаримся, но не для того, чтобы вы увидели, какие мы герои нашего времени, а чтобы привлечь внимание к бедам жителей Новороссии. На тот свет деньги не заберешь», — напишет Алексей позже, еще не зная, что ближе к концу большинство ангелов из его батальона, в честности которых он в момент написания своего послания миру был уверен на сто процентов, его предадут и отрекутся от него публично, на ту же камеру, при помощи которой он пока продолжает документировать войну и свой каждый шаг, каждый поворот головы в ней.
А пока у Смирнова на селфи отрастают широкие крылья. Картинка Донбасс-2015: желтые крылья Алексея отражаются в луже, а в отсвете от них в небо воспаряют черные птицы, дворняга жмется к его ноге, покореженные дома и горящий автобус говорят зрителю – беда прошлась по этому месту только что, но Ангел, легко сжимающий автомат, шествует по ней, опять невредим, и крылья его достают от одно края селфи до другого.
Похожую картинку страданий и разрушений транслировало и российское телевидение, побуждая граждан Российской Федерации присоединяться к ополчению. Иногда те или другие совершали подвиги, которые становились последней песчинкой в часах их жизни. Никем не зафиксированные тихие подвиги уходили в информационное небытие вместе с их совершившими. И все же Новороссия активно рождала героев, а СМИ предъявляли их и их атрибуты российскому зрителю: глубоко-декольтированные свадьбы, дамские пистолеты подмышкой, георгиевские ленточки в волосах, танки, автоматы, патриотические высказывания при минимальном словарном запасе новорожденных.
Плакат из Фейсбука Алексея Смирнова.
А пока у Смирнова на селфи отрастают широкие крылья. Картинка Донбасс-2015: желтые крылья Алексея отражаются в луже, а в отсвете от них в небо воспаряют черные птицы, дворняга жмется к его ноге, покореженные дома и горящий автобус говорят зрителю – беда прошлась по этому месту только что, но Ангел, легко сжимающий автомат, шествует по ней, опять невредим, и крылья его достают от одно края селфи до другого.

Похожую картинку страданий и разрушений транслировало и российское телевидение, побуждая граждан Российской Федерации присоединяться к ополчению. Иногда те или другие совершали подвиги, которые становились последней песчинкой в часах их жизни. Никем не зафиксированные тихие подвиги уходили в информационное небытие вместе с их совершившими. И все же Новороссия активно рождала героев, а СМИ предъявляли российскому зрителю их самих и их атрибуты: глубоко-декольтированные свадьбы, дамские пистолеты подмышкой, георгиевские ленточки в волосах, танки, автоматы, патриотические высказывания при минимальном словарном запасе новорожденных. 
Пока настоящие герои оставались в окопах, или совершив свой тихий подвиг, умирали на передовой, в сознание российского зрителя проникали другие «герои нашего времени». Так назвал себя и Смирнов, отчетливо почувствовавший – пришло время, когда граждане Российской Федерации отчаянно нуждаются в героях, которых в стране не было с окончания Великой Отечественной Войны. И кажется, само время выталкивало на поверхность таких людей. 

Времени как будто стали неважны человеческие мотивы. Время как будто, погрузившись в людское страдание, посочувствовало, пожалело, отбросило нормы и брезгливость, озаботившись только наибольшим гуманитарным результатом. И если Ангел Смирнов, движимый исключительно желанием стать героем, мог пересечь линии огня и оказаться в населенных пунктах, куда не рисковали ехать даже журналисты, если он мог вывезти оттуда людей, песочные часы которых уже были перевернуты, то и время хранило его и расплачивалось с ним, активно продвигая в герои нашего времени.

«Мы могли бы быть кем угодно, — писал в блоге Смирнов, — но мы здесь, на войне. Каждый день мы привозим продукты в семьи, и слезы их – неподдельны, а радость – настоящая. Однажды наступит время, когда все это закончится, но пока мы здесь, мы верим в то, что делаем что-то стоящее».

«Вперед, Ангелы!», «Только добро что-то и значит в нашей жизни!», «Ангел – ты настоящий!» — подбадривали его подписчики, но только время знало, что оно готовит для Смирнова, еще и еще раз демонстрируя – оно неумолимо, оно сбрасывает нормы, чтобы остановить падение мира, но наступит час и оно отомстит тем, кто вынудил его – бесконечное время – перестать быть брезгливым.

— Цуцика застрелили! Ой, Цуцика застрелили! Цуцик – собака моя, — махнув рукой, мужчина уходит по черной грязи, прибитой танками. – А я бабок своих неходячих на сани восемнадцатого числа посадил, — возвращается, — сам впрягся и потянул отсюда, нахер потянул. Не дотянул, вернулся.
Уходит.

Уперев руки в боки, Мясник, подрагивая крупными ноздрями, оглядывает двор, по которому желтыми пятнами разбросаны сухие початки кукурузы. На заборе написано – «Украiна». Дом, словно напрягся от страха, и разваливаясь на части выкинул из себя даже то, чем были забиты его щели. Дом – как будто те самые песочные часы, которые, лопнув, превратили песчинки в то, чем люди со временем заполняют свою жизнь.

— Девушка, штанишки к себе приложите! Вот – сорок четвертый! А ножку дайте! Тридцать седьмой! Перчаточку наденьте. Ручка у вас – как у них, маленькая. У меня во дворе сидели две девушки-снайперы! Это их вещи! А во время наступления они эти вещи свои тут скинули, в дочкины переоделись и бежали. Вон гильзы.
Чернухино, март 2015 года. Кот, кукуруза и лежка снайперши неподалеку. 
Не следует, однако забывать, что рамки и место обучения кадров способствует подготовки и реализации соответствующий условий активизации. Таким образом постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет выполнять важные задания по разработке позиций, занимаемых участниками в отношении поставленных задач. Задача организации, в особенности же начало повседневной работы по формированию позиции в значительной степени обуславливает создание систем массового участия. Не следует, однако забывать, что укрепление и развитие структуры способствует подготовки и реализации систем массового участия. Не следует, однако забывать, что постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности способствует подготовки и реализации направлений прогрессивного развития. Товарищи! постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет оценить значение форм развития. Повседневная практика показывает, что дальнейшее развитие различных форм деятельности влечет за собой процесс внедрения и модернизации существенных финансовых и административных условий.
Мясник приседает у изрешеченного забора. Заглядывает в щели, обзор ведет в поле. Уходит плечом вправо, влево, ниже, выше, прицеливаясь глазами к мишени в заборе, словно в ней и сейчас, как несколько недель назад, черное поле пересекают маленькие фигурки ополченцев. Поднимает гильзу с земли. Оборачивается, прищурившись на зеленый ящик из-под снарядов.

— Восемьдесят восьмой год. А боеприпасы-то они использовали советские. 

Вечереет, и Чернухино, электрические провода которого, тянутся веревками по земле, начинает терять контуры. Тарахтя, к Газели подъезжает мотоцикл с последним неуспевшим. Заглянув в пустую Газель, человек, ни сказав ни слова, разворачивается в сторону и встает под деревом, где начинает монотонный монолог:

— А вы не видели, как в подвале ребенок на коленях визжит от страха. А если видели, то все поймете. Украинский солдат, зачем ты сюда пришел? Он пришел, глаза кровью налитые — «Це моя зимля!». И сколько теперь лежит по посадкам вас – це-моя-зимля? А кем назвать мародеров – своими или чужими? Казачье, освободители – суки лютые. Украинцев выгнали, и все из домов вынесли. Больно. Помогите, а? Денег не надо. Душе больно. Помогите?

— Местные сочувствующие прячут в хатах украинцев, — Мясник принюхивается к воздуху, в котором не пахнет ничем. – Человеколюбие или преступление? Он считает, что он делает правильно. А я возьму этого украинца за ухо и, нет, не расстреляю, а отправлю назад – в Украину. А своего – мародера – отведу в посадку, и он больше оттуда не выйдет никогда. Преступление, скажете вы? Нет, человеколюбие.

— Брат, ты слышь автоматные очереди?
— Нет, — Мясник медленно оборачивается. – Когда услышим взрывы, пойдем. Мы – не воинствующие Ангелы. Мы пытаемся сделать так, чтобы местные выжили.
— А для Кирюши ничего нет? – кричит женский голос. – Для мальчика Кирюши ничего нет?
— Кирюша! – отзывается Мясник. – Кирюша, иди сюда!
Из кармана Мясника показывается вафля. Большой рот Мясника растягивается в улыбке. Мясник похож на фрица из фильма про Великую Отечественную. Позже он подтвердит – в его роду были немцы.

Ангел Смирнов медленной походкой возвращается. Его руки пусты. Блеснув розовым, за его спиной на миг обозначается закат, словно тот, кто наблюдает за миром, дает понять – он все видит даже в вечерних сгустках.

«Знаешь, у нас тут идет настоящая гражданская война, в бой уходят самые смелые. Но мне так тоскливо каждый раз называть их двухсотыми. Так уж вышло, что сердце мое не камень, и не могу я их просто вычеркнуть из головы. Знаешь, недавно одному парню снайпер прострелил обе ноги, другой пришел с позиций и принес в руке собственный нос… Не знаю, поможешь ли ты им — тем, кто без рук, без глаз, без ног остался, они умирают со слезами на глазах, но не жалуются, — писал Смирнов, обращаясь к присматривающему, как будто веря в то, что и Он наряду с тысячами подписчиков читает его блог и из блога, от Ангела своего по беспроводной связи, Сам узнает, что происходит на земле Донбасса.

Писал как будто не сомневаясь в том, что Бог есть в Фейсбуке или делая вид, что не сомневается, ведь для того, чтобы в этом не сомневаться, самому надо быть не совсем от мира сего.
— Недавно я познакомился с парнем, его позывной — Худой. Единственная радость в его жизни была — щенок маленький. Он все время был с ним, но ночью стали падать снаряды, все горело кругом, падали стены. Худой бросился в пекло за своим щенком, пес высунул мордочку, в последний раз увидел своего хозяина, и рухнуло бетонное перекрытие. У Худого обгорели руки. Я позвонил ему: «Братик, ты как? Живой?».

Подписчики собрали деньги на новые берцы для Худого. Они верили Смирнову больше, чем телевизору и газетам, формировавшим героев нашего времени из людей, чей нравственный и культурный уровень являлся микроскопическим в сравнении с тем уровнем, которого в целом достиг в своем развитии большой российский народ. Из людей, которые демонстрировали не только военные достижения, но и жестокость по отношению к пленным. Из людей, которые, в конечном итоге, становясь народными героями, умаляли этот народ. И можно только гадать, было ли в том стечение обстоятельств, траекторию которым задавал злой рок или же был в том злой умысел принимающих решение людей, поставленных над большим народом, но свой народ не знающих и не верящих в него. Боящихся его, а потому желающих задавить любое его стремление к подвигу. Но как бы там ни было, простые люди, получившие возможность помогать напрямую, отсылали Смирнову деньги. И чем бы тот ни руководствовался, его группа вывезла из-под линии огня сотни людей, а накормила — тысячи.

«Мать Тереза, например, с легкостью брала деньги у наркокартелей и говорила что-то вроде – «Мне плевать, откуда эти деньги, главное – что я могу помочь на них людям». Я – конечно, не мать Тереза, но для меня по-прежнему остается важным, откуда брать деньги для помощи. Именно по этой причине, наверное, ни МГБ, ни ФСБ нас до сих не закрыли» — писал Смирнов и сильно ошибался в том, что его не закроют, ведь часы уже были перевернуты.

Шло время на войне. В блоге Смирнова регулярно появлялись фото с местными и московскими знаменитостями, приезжавшими в признанные только Россией республики. Относительно действовало перемирие, и все меньше оставалось мест в Донбассе, где нужна была благотворительная помощь. Именитые россияне приезжали, произносили слова о том, что Донбассу следует еще немного потерпеть, впрочем, не обозначая сроков терпения. Донбасс ушел из телевизионной повестки и, как следствие, успокоение начало приходить в перевозбужденное сознание россиян. Впрочем, уже осознавших, что герои их сегодняшнего дня – Гиви и Моторола.

Возможно, Смирнов так и не понял, что кино с его участием закончилось, и пора уезжать домой. А, возможно, он перестал быть автором кино, и само кино начало управлять им. Он писал посты, взывая о помощи, но они собирали все меньше денег, и все меньше лайков и комментариев.

«Эта история вас шокирует, — докладывал он. – Муж и жена, обвенчанные войной, пошли в ополчение в 2014 году. Они погибли, осталось двое деток. Они живут теперь с бабушкой, она продает свои последние вещи. В сентябре ей выставили счет за коммуналку – десять тысяч рублей. Если хотите помочь, звоните нам».

«Вот объясните мне, маленькому человеку, почему у нас люди такие жестокие, — писал следующим постом он. – Я попросил помочь бабушке с двумя внуками. Донецк, вы оглохли? Еще раз повторю: мама и папа погибли за Донецкую Народную Республику. За что они погибли? За то, чтобы их дети сидели голодными?».
Алексей Смирнов. Фотограиия из его Фейсбука. Благодаря пафосу в том числе он собирал пожерствоания и разавал бедным людям в Донбассе. 
Не следует, однако забывать, что рамки и место обучения кадров способствует подготовки и реализации соответствующий условий активизации. Таким образом постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет выполнять важные задания по разработке позиций, занимаемых участниками в отношении поставленных задач. Задача организации, в особенности же начало повседневной работы по формированию позиции в значительной степени обуславливает создание систем массового участия. Не следует, однако забывать, что укрепление и развитие структуры способствует подготовки и реализации систем массового участия. Не следует, однако забывать, что постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности способствует подготовки и реализации направлений прогрессивного развития. Товарищи! постоянное информационно-пропагандистское обеспечение нашей деятельности позволяет оценить значение форм развития. Повседневная практика показывает, что дальнейшее развитие различных форм деятельности влечет за собой процесс внедрения и модернизации существенных финансовых и административных условий.
Последняя запись в его блоге – «Если сегодня не выйдем на связь, считайте, что погибли за родину». Она была сделана шестнадцатого сентября. С тех пор Алексей не выходил на связь. Первые комментарии на нее – «Все будет хорошо!», «Даже не думайте о таком раскладе», «Боже, спаси и сохрани», «Читайте псалом девяностый, и Бог не оставит!».

«Идут вторые сутки. Где вы?». «Где Ангел?!». «Батальон «Ангел» задержан силовыми структурами ДНР». «Вы меня простите, но если такое отношение ДНР к людям, которые сделали для Донбасса больше, чем кто-либо, то я не хочу больше слышать о них и не хочу поддерживать ДНР!». «ДНР хуже укропской хунты. Своих мочат». «Не стоит хаять ДНР, если лично вы не знаете, что было и при каких обстоятельствах». «На него серьезные обвинения. Следили за ним уже давно». «У Смирнова нет никого из родных! Он из детского дома. У него – только мы с вами!». «У Леши на квартире нашли большую сумму денег, оружие и взрывчатку». «Режиссер, не востребованный в своей профессии. А тут благодаря волонтерству пришла популярность, поклонники».

Именитые люди из республик и Москвы, фотографировавшиеся еще недавно со Смирновым, оставили осторожные комментарии у себя в блогах – «Не все так просто». «Если арестовали, значит, было за что».

Вскоре в сети появилось видео, на котором Смирнов заявляет о том, что был задержан за незаконное хранение оружия и использование фиктивных документов, а также о том, что полностью осознает свою вину. «Ни одно благое намерение не может служить в пользу нарушения закона, — говорит он. – Я прошу не повторять моих ошибок и хочу попросить прощения у всех, кто нас поддерживал».
Следом вышло еще одно видео, где четыре члена батальона, были сняты, как будто не ведая о том, что направленная на них камера работает, как и о том, что брошенная в кого-то грязь, остается и на руках бросавшего. На видео четыре члена батальона отреклись от Смирнова, обвиняя его в пиаре, впрочем, совсем недавно и сами они не брезговали тем же самым, регулярно появляясь в его блоге на видео и фотографиях.

Прошло еще время и аккаунт Смирнова успокоился. Герой был свергнут, ведь наше время не терпит вечных героев. Рано или поздно оно сбрасывает их с пьедестала, показывая народу – народ обознался. Возможно, и тут делом правит злой рок, а, возможно, чья-то рука, не терпящая настоящих героев. Впрочем, и сам Смирнов, авторству которого принадлежит фраза, обращенная к подписчикам – «Сегодня прекрасный закат, похожий на необычайный коктейль из мира и войны, из гнева и ласки» — вел себя так, будто война не может повернуться к нему, обласканному в социальных сетях, гневом, а мир, в котором следует удивляться тому, что тебя не предали, а не тому, что предали, ведь предательство в нем – обычное дело – хрупок, и дышать в нем следует тихо. Ведь мир не лопнувший от разрывов снарядов, может взорваться от одного человеческого слова, от стука неспокойных сердец. «Четыре ночи подряд вместо обстрелов я слушал собственное сердцебиение, — писал Смирнов. –Я старался дышать тихо, не нарушая спокойствия этого хрупкого мира. И чем дольше я слушал его, тем ровнее оно становилось. Добрых снов, Новороссия!».

Перевернутые часы отмеряют три недели отсутствия Смирнова в Фейсбуке. Был ли он настоящим, имел ли крылья, или они были лишь фотошопом, известно только самому Смирнову и тому, кто, может быть, приглядывал за ним через Фейсбук и Чернухино. Ему же известно – были ли настоящими те, кто называл настоящим Смирнова, пойманного в ловушку книги о войне, страницы которой не захлопнулись, ведь от Ангела остался аккаунт в Фейсбуке, где он сам записал: «Есть ли рай или ад после смерти? Не уверен. Но вот Фейсбук есть и останется кораблем без капитана дрейфовать по волнам интернета, согретый лучами последнего подписчика». 

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...


  • @Leybin
    10 months ago

    Мне показывали тоже эту лежку и гильзы, но я не помню, куда дел фотографии.

  • СБ
    @S_Belous
    10 months ago

    Текст написан просто замечательно. Правда, все-таки есть одно замечание: на вопрос ""Был ли он настоящим, имел ли крылья, или они были лишь фотошопом, известно только самому Смирнову и тому, кто, может быть, приглядывал за ним через Фейсбук и Чернухино" - ответ есть, и, вероятно, автор его даже знает. И вот эта недосказанность оставляет амбивалентные впечатлнения после данного, несомненно выдающегося, материала. Впрочем, здесь, скорее всего, сыграл принцип Гиппократа "не навреди" - ведь Смирнов еще в тюрьме...