Интервью

«Тыква-мама»: как научить людей радоваться 

После наводнения 2013 года Людмила Сузун вырастила целую индустрию радости на тыквах
07.07.2017
Людмила Сузун у многих знакомых в телефонах записана под смешным именем «Тыква-мама» — чтобы ни с кем не спутать. По этому номеру ей могут позвонить совсем незнакомые люди и попросить где-нибудь на излете зимы «ну хоть маленькую тыквочку — ребенку на прикорм».

Людмила Сузун придумала и проводит фестиваль тыквы в своем родном селе. Она девушка общительная, да еще имеющая множество друзей-приятелей в СМИ — сама была журналисткой. Люсин фестиваль тыквы по времени проведения в сентябре совпадает с пафосным кинофестивалем «Амурская осень», но немало благовещенцев в этот день предпочитают проехать 60 километров до «тыквенной столицы» Сергеевки, чем в областном центре ловить за рукав кинозвезд и выпрашивать автографы.

Началось со… страха

Интересно, вот живет себе человек спокойно, занимается своим делом, ребенка воспитывает, а потом вдруг — фестиваль тыквы… Умные люди, помню, смеялись, когда услышали в первый раз про эту затею.

— С чего тебе вздумалось такой фестиваль организовать? Это же и ново для наших мест, и очень хлопотно… И где?! В Сергеевке, до которой не так-то легко добраться! Я понимаю, если б ты в местные депутаты метила избираться, но ты ведь вроде не про это человек…

— Ты не поверишь, началось все, наверное, со… страха. С наводнения 2013 года. Уже многие села были затоплены, а потом у нас, в Благовещенске, началась чуть ли не паника. Помнишь, все ходили к Амуру и Зее, мрачно оценивали, сколько сантиметров остается до самой последней черты? Потом слухи пошли про волну с Зейской ГЭС — дурдом, в общем, полный. Дочка моя, ей тогда десять лет было, ушла в магазин за хлебом, и нет ее больше часа. Я в тревоге выскакиваю ее искать. А у нас рядом с домом Чигиринка раздувается на глазах… Стоит тетка одна и зычно вещает соседкам: мол, срочно надо валить отсюда, а то мы все умрем. И тут Златка наконец моя появляется: «Мам, я хлеба не купила — только пирожных». Ее тогда в очереди чуть не раздавили… Хлеб, консервы в тот день, помнишь, по всему городу размели за пару часов. Вот, говорю, и хорошо, что пирожные есть, пойдем чай пить. И страх вроде бы начал улетучиваться. Подумала, а как там люди, кого на самом деле затопило? И тут на интернет-форуме клич бросили: давайте поможем! Мы организовались, началось наше волонтерское движение. И я свой страх окончательно подавила — надо было реально людей спасать.

Это тема особая, и хоть прошло уже несколько лет, до сих пор, наверное, недооценен обществом этот порыв и то, как много и терпеливо трудились волонтеры. По-моему, это было впервые у нас. На беду первыми не по службе, а по зову сердца откликнулись женщины, они составляли большинство всего волонтерского сообщества. Людмила сразу включилась. Ездила в затопленную Владимировку, привозила продукты и воду тем, кто не решался оставить дом и жил на крыше. Именно по дороге во Владимировку в ее машину врезался заглядевшийся на море разливанное вместо села мужичок, не заметив включенный Людмилой поворотник. И Люся, и ее дочь Злата получили одинаковые травмы — вывих шейного позвонка. Помню груды одежды, одеял, обуви и прочего, всего, что приносили сердобольные горожане для подтопленцев, и бесконечные, до ломоты в спинах перебирание вещей и их сортировку по размерам и полезности, и среди всего этого — Люсю со Златкой с гипсовыми ошейниками-лангетками… Ничего паковать и грузить пока не могли, но зато пекли на всех и приносили пирожки.

— Да, все вспоминают, — смеется Люся, — мы очень смешно смотрелись — на одно лицо, и обе с ошейниками. Я тогда не могла помочь своим землякам в родной Сергеевке, когда они буквально отвоевывали село у наступавшей воды. Но сергеевцы такие молодцы — они вышли все как один, и давай дамбу делать. Нас же топит постоянно — село на самом берегу Амура, и народ прекрасно понимает, что надо делать, не дожидаясь ни начальства, ни МЧС. Свои мешки быстро несут, на своих грузовиках везут песок, работают все от мала до велика. Сами 5-километровую дамбу построили, село спасли от затопления. Родительский дом у нас окнами на Амур смотрит, как говорится, на первой линии, но только в подполье вода зашла. Эмчеэсовцы приехали, посмотрели на дамбу, похвалили и уехали. Вот такой у нас народ: если беда у ворот, они придут и все вместе все сделают. Они, сергеевцы, такие: даже соседки ругаться между собой перестанут — с общей бедой надо бороться. Веселиться не умеют — да, а вот дамбу построить — в легкую!..

Без понтов, но с солнышком
Однажды Людмила и волонтер из Краснодара, герой Крымска Костя Сорваниди ехали в Сергеевку с тепловыми пушками, чтобы посушить подполья, из которых уже ушла вода. Был октябрь, уже все огороды убраны, нет зеленой ботвы, и только желтые, бежевые, оливковые крутобокие тыквины в каждом огороде. Красиво. И Костя, любуясь этими огородными пузатиками, рассказывает Люсе, что у них на Кубани есть такие праздники, как фестиваль помидоров, шашлыков, клубники. И подкидывает идею: возьми и проведи у себя фестиваль тыквы.

— Я вообще очень люблю рынки, в любой город приезжаю, обязательно схожу — посмотреть, поторговаться, попробовать. А у нас, считаю, нет такого рынка — настоящего, чтобы все бурлило, кипело. И сразу подхватываю Костину идею, понимаю — вот это может быть и торговая площадка для моих земляков, и сельский праздник.

— Чтобы сергеевцы научились веселиться?

— И для этого тоже! Мне и раньше хотелось, чтобы у земляков появилась возможность продавать плоды своего труда и для этого не нужно было куда-то далеко ехать. Нужна тема, которая может привлечь горожан именно в Сергеевку. Я сразу поняла, не зря же столько лет пиарщиком была: тыква точно может стать такой фишкой! Ведь даже когда говоришь слово «тыква», у всех повышается настроение. Потому что она рыжая, прикольная! Простая, без понтов, но с солнышком внутри! Плюс ко всему — всегда вызревает.

Люся загорелась идеей фестиваля, еще толком не зная, что в последние годы тыква, такая деревенская и смешная, стала очень модной у продвинутых в здоровом питании людей. Признается, что в эту «модную» волну случайно попала, в то время и сама большой фанаткой тыквы не была.

— Люся, то есть сначала был фестиваль как задача, а потом уже и любовь пришла, и понимание, какая же она все-таки «умница и красавица», эта тыква?

— Примерно так… У меня же огород в деревне, хоть живем мы в городе, и конечно, там место и тыкве находилось. Но не так много я ее выращивала — мы почти ничего, кроме цукатов, из нее не делали. В селе вообще тыкву в основном выращивают на корм скоту, только совсем немного на еду. И сорта простые, деревенские, почти всегда переопыленные и уже потерявшие хороший вкус. Но, когда начала заниматься фестивалем, очень много нового о тыкве узнала, сортовые семена стала выписывать, рецепты блюд пробовать. Вспомнила, что мой дед тыкву очень любил, пекли они с бабушкой пироги тыквенные, и я этот рецепт заново освоила. И поняла, что тыква и в самом деле хороша и пора ее из «чушкиного корма» переводить в более высокий статус.
Недотянула…
Первый фестиваль провели в 2014 году. Людмиле в организационных вопросах тогда очень помогли друзья из волонтерской организации «Амур-13». В сельской администрации отнеслись с пониманием, даже в чем-то и помогали. Решили проводить фестиваль на площадке перед домом культуры. Лучшая подруга там художественным руководителем работает — занялась подготовкой концерта для праздника. Люся всех соседей обошла, рассказывала о затее, уговаривала прийти с урожаем на площадь, поторговать, поучаствовать в конкурсах на самую большую тыкву, на самое вкусное варенье. Призовой фонд Люся у местных фермеров выпросила.

Сергеевцы пришли. Оделись красиво и потянулись на площадь… с пустыми руками. Люся в панике, а тетушки ей благодушно так: «Ну ладно, показывайте, что вы тут нам привезли». Тыква была — только с собственного огорода и от подружек ее покойной мамы, у которых Люся выпросила «ягодки» для мероприятия. И все эти тыковки, небольшие, вкусные, почти мгновенно раскупили приехавшие гости. Потом все-таки привезли две больших тыквины для конкурса — вот из них и выбирали рекордсменку. Их было всего две!.. Обе великанши принесли своим хозяевам награды — по мешку зерна, еще две курицы были в качестве призов.

Варенье тоже было только Людмилино и ее подруги, но так как она не могла участвовать в конкурсе как организатор, представлял лакомство ее брат, постоянный житель Сергеевки. И когда за лучшее варенье, по результатам «слепой» дегустации, вручили победителю приз — 10-килограммовый мешок сахара, — это народ впечатлило здорово. Задумались тетушки, что-то прикидывая в уме…

— Куцый получился праздник, хоть и наши самодеятельные артисты отлично выступали, хор из Владимировки приезжал, — самокритично вспоминает Людмила. — Я очень старалась, но, получается, недотянула… Люди из города приехали, мои знакомые, друзья, из Чигирей, Владимировки, а покупать практически нечего! Мои земляки, как я их ни убеждала, почти ничего не выставили на продажу. Знаешь, как они объясняют? Говорят, что стесняются торговать! И вот надо на сцену выходить, слова какие-то говорить, а мне плакать хочется. Тяжко было на душе, думала, что все, больше не буду затеваться, надо уметь и поражения принимать…
Партизанские игры
Вряд ли Люся на этом бы и остановилась — человек она азартный и деятельный, к неудачам относится без смирения, борется. А тут еще случай помог. Встретился Люсе весной 2015 года фермер Володя и подлетает к ней: «Люсь, а фестиваль-то будет? Я тыквы много посадил». У нее даже сердце радостно екнуло… Она поняла, раз люди ждут, значит, надо проводить! И уже без тени сомнения она заявила: «Вов, конечно, будет фестиваль! Готовься». Дальше началось самое смешное. У двух взрослых мужиков — хозяев личных подсобных хозяйств — начались партизанские игры. Они потихоньку лазали друг к другу в огороды и замеряли тыквы-претендентки на награды. Слава богу, хоть «диверсиями» не занимались, смеется Люся, рассказывая о причудах односельчан. Время подходило к фестивалю, тыквы росли, росла и тревога конкурентов. И получилось так, что к началу фестиваля ни Володя, ни Сергей со своими выпестованными великаншами не явились!

— Звоню Сереге: ты где? А он печально так: «Вовка привезет — у него больше, я измерял». Звоню Володе, а он то же самое о Сереге говорит и о его тыкве… Ну что тут делать с этим детским садом? Честно говоря, повела себя вероломно. Каждого из парней заверила, что соперник сдулся, в конкурсе не участвует, и уговорила приехать. Появились оба! Мне немножко неловко перед ними было, но мужики не обиделись — оба в итоге получили призы. Первый приз — поросенок от фермера — достался Володе.
Ставка на поколение next
Второй «блин» уже точно не был комом. Все-таки больше селян представили свои тыквы — не без влияния разлетевшейся вести о грядущем призовом поросенке. И варений уже было представлено много — 18 сортов, причем одно из них, самое «фирменное» — тыквенное — привезли ребятишки из Новорайчихинского детского дома, которые стали сразу самыми верными друзьями и активными участниками фестиваля в селе за полторы сотни километров. Кстати, ребята на фестиваль привозят свои многочисленные поделки, на первом фестивале успехом пользовались игольницы в виде тыквы, какие-то шкатулочки «в тему». А на следующий год — разрыв шаблона — выставили мед с собственной пасеки в таких затейливо украшенных, в том числе и под тыкву, баночках, что они уже становились не тарой, а предметом искусства. Детдомовцы, вдохновившись успешным участием в фестивале, под тыкву отвели четверть своего огорода — теперь и сами ее едят, и на продажу остается.

— В общем, процесс пошел. Со своей сельскохозяйственной продукцией кое-кто из соседних сел приехал — у нас площадка для торговли открытая. Но расшевелить пассивных односельчан так и не удавалось. Я же говорю: если беда — объединятся и сделают, а по достоинству оценить свой труд и порадоваться его плодам — не умеют. И я поняла, что надо делать упор на детей — они не зашоренные, им все интересно. Перед фестивалем со многими переговорила. У нас есть девочка, у которой своя лошадь, все дети на великах, а Ксюха всю жизнь — на коне. Пригласила ее на фестиваль — покатать детей, заодно лошадке на овес заработать. И что ты думаешь? За час до начала появляются две красотки — Ксюха и лошадка, обе в косах и лентах. Пользовались огромным успехом. Моя Златка не только тыквенными цукатами торговала, но и свои картины (она в художке учится) выставила. Две сестренки Одинцовы, совсем маленькие еще, не только мамино варенье, но и свои самодельные игрушки из фетра выставили. Кстати, мне нескольким ребятам пришлось их ценники переписывать. Представляешь, выставляют литровую банку малинового варенья за 25 рублей. Это то самое — «стесняемся продавать». Я объясняю, сколько стоит сахар, банка, крышка, сама ягода и их труд, который они почему-то не привыкли ценить. Меняем цену, и все прекрасно продается гостям из города. Все довольны.

К третьему фестивалю заметно расширилась его география — подтянулись соседние села. Но сами сергеевцы активнее едва ли стали. Даже известие о готовящемся главном призе в виде барана лишь на время оживило интерес, но число конкурсантов и продавцов из самих селян не выросло. Опять пришли, посмотрели, послушали… А вот у горожан популярность маленького сельского фестиваля явно выросла. Люся так и рассчитывала: ведь у нас большинство горожан таковыми стали лишь в первом поколении, есть воспоминания о деревенском детстве, о поездках к бабушке на летние каникулы. Поскреби каждого второго жителя даже самого блестящего города, как проявится деревенщинка в самом хорошем смысле слова. Не так разве? Тогда почему нас так трогает запах свежескошенной и чуть подвяленной на солнце травы на газонах? Вот то-то ж, покосом дедушкиным пахнет, и будто снова плывешь ты на высоком стогу сена на огромной телеге и разглядываешь причудливые облака в синем-синем небе. А в городе вы когда на облака смотрели?

— Понимаешь, ведь это очевидно, что сразу несколько полезных вещей в этом фестивале, — говорит Люся, словно продолжая свой извечный спор со своими любимыми, но не очень активными земляками. — Если как следует развернуться, можно сделать его событием областного масштаба, а село — привлекательным для сельскохозяйственного туризма. Я уж не говорю о том, как здорово приучить людей покупать здесь, а не у китайцев свежую и качественную сельскозяйственную продукцию. Я не хочу обезличивания самой формы проведения — у нас звучат только народные песни, площадку мы не украшаем какими-то искусственными вещами — флажками, шариками, это на каждом углу есть. Попросила фермера — он всегда сначала поворчит: мол, не до глупостей, уборка сои начинается, но поможет. Привез нам два рулона свежего сена. Дети на нем, как на батуте, прыгают, взрослые тоже с удовольствием валяются, отдыхают, фотографируются.
«Первая на Дальнем Востоке»
Признав в тыкве королеву огорода, Люся выписала новые элитные сорта культуры и засадила ими 10 соток своего сергеевского участка.

— Я правда не думала тогда, что это будет более полутора тонны тыквы! — смеется Людмила, вспоминая свою растерянность по поводу невиданных объемов. — Думала, придется, просто так большую часть отдать соседям на корм скоту… Но оказалось, что совсем не напрасно уже три фестиваля у нас прошли. Люди стали понимать, какое это чудо — тыква. Вместе с братом-фермером я раза три выехала в Благовещенск на ярмарку выходного дня со своим урожаем. А я же люблю все объяснить, рассказать досконально, чем какой сорт отличается, какую тыковку лучше пустить на вторые блюда, еще и рецепт посоветую, а какая незаменима для диетического питания или для прикорма грудничкам. И после первого раза через неделю уже ко мне шли специально — опять за моей тыквой. Потом я уже не ездила на ярмарку: заработало сарафанное радио. По телефону люди договаривались, подъезжали. И уже в октябре у меня не осталось ничего на продажу, только себе на еду.

В последние два года у Людмилы на ее основном месте работы в качестве пиарщика все было очень худо — компания семимильными шагами шла к банкротству, зарплату не платили, да много там еще было плохого… И среди всего этой безнадеги, признается Людмила, ее фестиваль тыквы стал для нее не только любимым проектом, но и каким-то личным островком солнца.

А с собственно тыквой продолжаются эксперименты — экономические, агротехнические. На собственном огороде в Сергеевке Людмила выращивает 25 сортов тыквы! Естественно, прежде изучила тонкости агротехники — теперь о любимой культуре беседует со знанием дела с завкафедрой овощеводства ДальГАУ. Пока всех секретов не раскрывает, что за диковинные экземпляры она вырастит к следующему фестивалю, знаем лишь, что там будут не только сорта для еды, но и люфа (для мочалок), лагенария (для игрушек), мамордика (для лечения). И, конечно, Людмила не допустит переопыления — это ее «опытный участок», где она будет проверять разные сорта.

Но это все милые мелочи — огородный участок. Людмила со своей увлеченностью тыквой пошла ва-банк. «Совратила» бывшего одноклассника-фермера рассказами о королеве-тыкве, и он выделил ей 5 гектаров земли. Сначала было вроде на уровне шутливых разговоров, мол, нет ли у тебя землицы лишней. А парень подошел основательно, повез Люсю выбирать поле. Как увидела этот участок — там сопочка, юго-восточный склон — самое тыквенное место. Все, загорелась Людмила! Целая эпопея была с приобретением семян и сеялки. Люся признает свой «косяк»: не ту технику выписала, дополнять нужной деталью было некогда — сроки посева уходили. Подступило отчаяние, сидела и ревела. И тут подходит ее 13-летняя дочь и говорит: «Мам, мы за сколько часов 10 соток на сергеевском огороде с тобой вдвоем засеяли?» «Ну, часа за полтора», — отвечает Люся и уже понимает ход мыслей своей деятельной Златы. А та уверенно продолжает: «Давай теперь посчитаем, за сколько мы 5 гектаров засеем». В общем, засеяли вручную, только с тяпочками в руках, за четыре дня — Люся, Злата и ее одноклассник Денис. Сейчас Люся даже рада тому, что чуть-чуть с севом все же припозднились. В начале июня выпал такой сокрушительный град, на соседних полях тыкву (стали ее все же больше культивировать!) прилично побило, а у Людмилы маленькие ростки не пострадали.

— Прежде чем решиться на такое дело, конечно, все старалась просчитать, промониторила не только агротехнику, но возможные рынки. Оказывается, в таких масштабах вообще никто на всем Дальнем Востоке тыкву не выращивает! Я буду первая. Хочу, чтобы моя тыква была чистенькая, поэтому без обычных удобрений обойдемся, без пестицидов. Используем биологически эффективные микроорганизмы — они и почву очищают от всяческих вредных остатков, и обогащают полезными элементами. Раз уж я взялась тыкву популяризировать, то уж точно не стану ее престиж ронять. У меня люди ее на прикорм грудничкам покупают — значит, к чистоте самое трепетное отношение. Уже знаю примерно, где буду хранить урожай, с кем договоры заключать — надеюсь, все получится. Сначала думала, что буду свою тыкву под маркой «Сергеевская» реализовывать, но потом решила эту фишку для односельчан оставить — пусть тоже выращивают и продают. А моя тыква пойдет под маркой «Ефимовская» — в честь моего деда Ефимова Иннокентия Илларионовича.
«Пошла врасколбас»
Ступив на негладкую дорожку аграрника, Людмила сейчас крутится как в белка в колесе. Но выглядит неприлично довольной своей неспокойной жизнью. Глаза блестят, шикарный загар, без рук без ног к концу дня, но зато о бессоннице забыла. И по фестивалю, с которого и начались коренные перемены в ее жизни, а, может быть, и в жизни Сергеевки, у Людмилы планов громадье. В будущем сентябре уже и автопробег «друзей тыквы» из Благовещенска в Сергеевку намечается, а там будут встречать горожан на телеге и непременно с гармонью. Если найдется такая, а то и баян подойдет. И еще новые конкурсы придумываются и даже звание «Ветеран тыквенного движения» — для тех, кто постоянно участвует в фестивалях. А еще, мечтает Люся, будет когда-нибудь в Сергеевке и музей тыквы. Уже сейчас кое-какие экспонаты для него собираются, например, Книга рекордов Сергеевки, в которую ежегодно заносятся имена победителей конкурсов на самую величественную тыкву, ее параметры, а также все участники смотра-дегустации варенья.

— Мне нравится делать этот праздник, — говорит Людмила, — вот хочу и делаю, пошла врасколбас, ограничивают только финансы. Уверена, что фестиваль уже прижился и пошел в рост. Но как бы ни расширялся праздник, он не должен становиться напыщенным, пусть остается своим, уютным, именно деревенским. Это мое любимое детище, и я очень хочу его развивать. Даже представляю, что когда-то, через много лет, уже моя внучка или внук откроет этот фестиваль и, может быть, благодаря ему село будет процветать. Такая вот я мечтательница…

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...