Обзоры

Эксплуатация человека человеком

Почему российский капитализм пошел по пути Хлудова, а не Путилова?
06.12.2017
Капиталист не может не эксплуатировать рабочего и не присваивать его труд, ведь перестав это делать, он умрет как капиталист. Ему также не хочется быть съеденным другими капиталистами, поэтому он вынужден богатеть все больше и больше, чтобы выдерживать конкуренцию с другими капиталистами, а для этого ему необходимо все больше и больше эксплуатировать и притеснять работника.               
Давайте представим волка и овцу. Волк хочет есть, поэтому  убивает овцу. Ведь иначе он сам умрет от голода. А овца хочет жить и не хочет быть съеденной волком. И у каждого из них вроде бы своя правда. В какой-то степени правы  оба. Сложно принять чью-то сторону, так как мы никогда не были ни овцой, ни волком. А теперь представим, как бы на это смотрел другой волк или другая овца? Ясно, что они не могли бы быть объективными в данном вопросе и принимали бы противоположные друг другу позиции. 

Точно так же и в капиталистическом обществе. Работник не хочет подвергаться эксплуатации и притеснениям, он хочет тоже жить как человек – в материальном достатке и душевном спокойствии. Но чтобы обеспечить себе более-менее сносную жизнь, он вынужден постоянно бороться с капиталистом за свои права, хоть в какой-то степени ограничивая его притеснения.

В России развитие капитализма выражалось в росте предпринимательства и капиталов, совершенствовании производства, его технологическом перевооружении, увеличении количества наемной рабочей силы во всех сферах народного хозяйства. Одновременно с другими капиталистическими странами в России происходила вторая техническая революция (ускорение производства средств производства, широкое использование электричества и других достижений современной науки). Эта революция как раз совпадала с индустриализацией.  Так, из отсталой аграрной страны Россия к началу XX в. стала аграрно-индустриальной державой. Около 80% занимала сельско-хозяйственная деятельность. По объему промышленной продукции она вошла в пятерку крупнейших государств (Англия, Франция, США и Германия) и все глубже втягивалась в мировую систему хозяйства.

В начале XX века в России сформировался слой общества, называющийся рабочим классом. На деле же, людей использовали как скот, заставляли трудиться  за кормежку и крышу над головой. Некий инженер Голгофский в докладе на торгово-промышленном съезде в Нижнем Новгороде в 1896 году писал:

«Проезжая по любой нашей железной дороге и окидывая взглядом публику на станциях, на многих из этих последних невольно обращает на себя ваше внимание группа людей, выделяющихся из обычной станционной публики и носящих на себе какой-то особый отпечаток. Это-люди, одетые на свой особый лад; брюки по-европейски, рубашки цветные навыпуск, поверх рубашки жилетка и неизменный пиджак, на голове — суконная фуражка; затем — это люди по большей части тощие, со слаборазвитой грудью, с бескровным цветом лица, с нервно бегающими глазами, с беспечно ироническим на все взглядом и манерами людей, которым море по колено и нраву которых не препятствуй… Незнакомый с окрестностью места и не зная его этнографии, вы безошибочно заключите, что где-нибудь вблизи есть фабрика…»

Я хотела бы рассмотреть два пути российского капитализма: в лице Хлудова и лице Путилова. Как известно, они имели полярные взгляды в этом вопросе.
Николай Иванович Путилов
Миллионер в потертом пиджаке
Николай Иванович Путилова родился в 1820 году.  Отец, новгородский помещик, инвалид Отечественной войны, рано умер, оставив семью без гроша, успев отправить  детей за казенный счет учиться. Николай попал в морскую роту Александровского кадетского корпуса, а потом как лучший ученик был принят в Морской корпус, привилегированное учебное заведение, куда разночинцев и на порог не пускали.

Директором корпуса был знаменитый путешественник адмирал Иван Федорович фон Крузенштерн. А математику преподавал академик Михаил Васильевич Остроградский, сразу оценивший блестящие способности Николая Путилова к математике. Особенно когда тот в 18 лет нашел ошибку в трудах прославленного Огюстена Коши, баллистика, на формулы которого опиралась артиллерия всех европейских стран. Остроградский оставил талантливого юношу в корпусе преподавать математику - и это было ошибкой: живой и деятельный Путилов терпеть не мог кабинетной рутины. Правительство закупило за границей несколько пароходов, и на Черном море нужно было наладить их обслуживание и ремонт. Похоже, с этим Николай справился, поскольку через пять лет его назначили чиновником особых поручений в Морское министерство. На этой должности его ждало предложение от великого князя по разработке винтовых кораблей. Таких кораблей, которых ждали от Путилова, в России до сих пор не строили. Быстро это сделать на неразворотливых казенных верфях невозможно. Оставался один выход - раздать заказы частным подрядчикам. Но где взять столько рабочих? Тогда Путилов отправился в Ржев.
"Привезли мы прядильщиков, расписали их по заводам и мастерским. Назначили: кому из них быть литейщиком, кому слесарем, токарем, котельщиком. И на артель в несколько человек дали по одному старому мастеровому. Через неделю все принялись за работу... Весь январь, февраль и март во всех уголках столицы, где только есть что-либо для механического дела, работали с неутомимой деятельностью - в две смены... Толпы мастеровых-новичков смело шли на работу единственно в убеждении, что незнание можно заменить сметливостью. Через два или три дня по открытии работ уже тысяча мастеровых под руководством десятка учителей начали исполнять дело". 
Уже мае 1855 года было построено 32 канонерские лодки, на каждой из которых было установлено по несколько пушек.
Канонерская лодка
Уволившись с госслужбы, Путилов  бросился в частное предпринимательство. Тем более новый царь Александр II начал реформы, призванные сделать Россию передовой страной. А это значило избавить ее от импортной зависимости.

Путилов не думал извлечь выгоду из решения этих задач. Он работал в интересах государства, но понимал, что вне бюрократических рамок может действовать быстрее и эффективнее. Получив кредит от Морского министерства, он выстроил в Финляндии три металлургических завода, где выплавлялось железо для котлов. Потом занялся сталью; ему сообщили, что на Златоустовском заводе полковник Петр Обухов научился делать сталь не хуже немецкой. Шесть лет уральский умелец обивал пороги, выпрашивая средства на внедрение своей технологии, но везде получал отказ. Путилов пригласил его в столицу, выбил в казне двухмиллионный кредит, получил в управление разорившийся завод на южной окраине Петербурга и наладил там производство стали. В разгар работы Обухов умер, и его компаньон Путилов предложил назвать завод Обуховским - так это крупнейшее предприятие зовется и до сих пор. Выгод оно не принесло и за долги отошло государству, но к 1871 году Россия смогла обходиться без крупповской стали.
"Дайте мне в долг любой железоделательный завод, и я завалю Россию рельсами!"
 С этими словами Николай Иванович пришел к министру путей сообщения генералу Павлу Петровичу Мельникову. Его увлекло новое дело: спасение российских железных дорог. При строительстве Николаевской дороги между Петербургом и Москвой рельсы завозились из-за границы, от мороза они лопались, а качество отечественных оказалось еще хуже. Зимой 1867 года, когда дорога встала и столицу отрезало от остальной страны.
На южном берегу Финского залива отыскался очередной разорившийся заводик, и Путилову отдали его с очередным невыполнимым заданием: запустить производство за месяц. Он вспоминал: "Кинули клич по губерниям - ехать свободному народу по железным дорогам и на почтовых. Через несколько дней приехало до тысячи пятисот человек; сделали расписание - кому быть вальцовщиком, кому пудлинговщиком, кому идти к молоту, кому к прессу". Рабочим платили гроши, они ютились в лачугах, которые сами строили из подручных материалов. Построили и цеха: на цементном полу возводили каркас из старых рельсов и обшивали досками. Был январь, лютый мороз, согреваться приходилось работой. Путилов первым применил метод быстрого строительства предприятия "с нуля".

Через 18 дней после начала стройки, завод начал в три смены выпускать рельсы. Путилов изобрел новый метод: сверху, там, где рельс соприкасался с колесами поезда, на него наковывалась стальная полоса. Такие рельсы обходились на 30% дешевле импортных и были гораздо прочнее.
Башенная мастерская Путиловского завода
Завод, который сразу стали называть Путиловским, выпускал "в ассортименте" и все необходимое для железных дорог - вагоны, паровозы, мосты. Через год от правительства поступил новый заказ на 15 миллионов рублей: предстояло наладить производство пушек, военных и пассажирских кораблей. Завод рос как на дрожжах, и Путилов - маленький, подвижный, взъерошенный - постоянно носился по нему, вникая во все мелочи, раздавая кому деньги, а кому зуботычины. Стариков величал по имени-отчеству, пьяных беспощадно выгонял с работы - словом, осуществлял то самое "ручное управление", которое в России всегда было гарантией успеха. А по праздникам обязательно накрывал для рабочих стол, не жалея денег. На одно из таких мероприятий, в июне 1870 года, было приглашено 2400 человек, включая 150 гостей "из общества" - промышленников, писателей, ученых. Каждую среду Путилов принимал гостей в своей квартире на Большой Конюшенной, дом 9, приглашая людей незаурядных, отличившихся в какой-либо области.
Травля
Новый амбициозный план Путилова превзошел все предыдущие. Продукцию завода можно было вывозить морем, но из-за мелководья Финского залива грузы доставляли в Кронштадт, и уже оттуда на барках везли в устье Невы. Путилов задумал построить на заводской земле современный порт и соединить его с Кронштадтом каналом, вырытым прямо в море.

Начались долгие переговоры и согласования. Государство обещало профинансировать строительство, но против выступили крупные оптовики, которые зарабатывали миллионы на перегрузе продукции и доставке товаров в столицу. Они подкупали чиновников, журналистов, настраивали в свою пользу общественное мнение. В кампанию включился поэт Николай Алексеевич Некрасов, в сатирической поэме "Современники" обвинивший Путилова в стремлении обогатиться за казенный счет:

"Ты поклялся, как заразы,
Новых опытов бежать,
Но казенные заказы
Увлекли тебя опять".

К Путилову стали относиться настороженно. В итоге из 20 обещанных миллионов он получил всего два. А строительство, начавшееся летом 1874 года, требовало все больше денег.  Пришлось занять денег у московских миллионеров Чижова и Морозова. Но долги нарастали как снежный ком, стали привычными невыплаты зарплат, завод передали в казенное управление. Когда кредиторы подали на Путилова в суд и долговая тюрьма стала реальностью, сердце заводчика не выдержало. Николай Иванович умер 18 апреля 1880 года.  А через год 32-километровый Морской канал был открыт, что сделало Петербург крупнейшим портом России.
В 1907 году прах Путилова и его жены был торжественно перенесен в новую заводскую церковь, прозванную в народе Путиловской.
Алексей Иванович Хлудов
Портрет художника Н.А. Заваруева
Предприниматель из старообрядческой купеческой династии Хлудовых, меценат и собиратель древних рукописей, один из учредителей Братства святого митрополита родился в 1812 году.  Отец – родоначальник династии – Иван Иванович Хлудов (1786-1835) происходил из экономических крестьян села деревни Акатово Рязанской губернии, Егорьевского уезда; мать Меланья Захаровна (урожденная Щекина) (1781-1838). У Хлудовых было 11 детей: Савелий, Тарас, Алексей, Назар, Герасим, Давыд, Татьяна; в младенчестве умерли: Осип, Платон, Мария и Прокофий.
В детстве Алексей вместе с братьями и сестрой выделывал на ручных станках тесемочный товар - пояса и кушаки, а также нанку - дешевую хлопчатобумажную материю. Дело быстро развивалось, и семья Хлудовых стала привлекать к работе окрестных кустарей, а в 1834 г. приобрела две лавки в Москве. Через два года Алексей Иванович, достигший совершеннолетия и проявивший к тому времени незаурядные коммерческие и организационные способности, вместе с братом Герасимом Ивановичем решил устроить собственную бумагопрядильню, перейдя от ручного к машинному прядению. Место для фабрики выбрали в Егорьевске с недорогой землей, с рекой и окружающими густыми лесами, дававшими дешевое топливо, и, наконец, с квалифицированной рабочей силой - в Егорьевском уезде был развит кустарный ткацкий промысел. Хлудовы вместо дешевых бельгийских бумагопрядильных станков выбрали дорогое, но самое передовое для того времени английское оборудование. Алексей Иванович, заявив: «будем или богачами или пойдем с сумами», - отправился в Англию с молодой женой. Здесь Хлудов подобрал управляющего - умелого техника и хорошего организатора, который в Егорьевске стал обучать рабочих. Здешняя фабрика, пущенная в 1845 г., сразу же стала отличаться высоким качеством пряжи, которая на Парижской выставке в 1867 г. удостоилась серебрянкой медали. 
Фабрика Хлудовых в Егорьевске
Свое предприятие в Егорьевске Хлудовы непременно модернизировали и расширяли, в частности без остановки производства вели реконструкцию - к трехэтажному корпусу добавляли еще два этажа, - стены выводили частями, с помощью домкратов поднимали фрагменты крыши и по мере готовности этажей наполняли их машинами для организуемого здесь цеха бумажной пряжи. Хлудовы учитывали и человеческий фактор, открыв в 1870 г. городское начальное училище, а при фабрике - больницу. Важным этапом в развитии предприятий города стало сооружение в 1929 году понижающей трансформаторной станции. 1 мая 1930 года Егорьевск был включен в систему Мосэнерго. На комбинате строится подстанция мощностью 7860 киловатт-ампер. 5 паровых машин и 6 дизельных двигателей были заменены электромоторами, что позволило экономить огромное количество топлива. Картина кипучей деятельности Хлудовых в Егорьевске была бы неполной без нелицеприятного свидетельства «Отечественных записок»: «Хлудовщина представляет собой гнездо всяких эпидемий. Казармы, как гигантский зверинец, разбитый на клетки или каморки, грязные, смрадные, пропитанные вонью отхожих мест…»
В первые месяцы войны на защиту Родины ушли с комбината "Вождь пролетариата" 1545 человек, с Меланжевого комбината - 562. многие девушки-текстильщицы записывались на курсы медсестер, работавшие на базе медицинского училища; проходили подготовку радистов и зенитчиков, в дальнейшем направлялись в воинские части.
1949 году Указом Президиума Верховного Совета СССР фабрика "Вождь пролетариата" была награждена орденом Трудового Красного Знамени за успешное выполнении правительственного задания и в связи со 100-летием со дня ее основания.

В 1972 году произошло слияние этих комбинатов в один хлопчатобумажный комбинат “Вождь пролетариата”. С октября 1991 года Егорьевский хлопчатобумажный комбинат работал в условиях аренды, а с 1992 года комбинат является открытым акционерным обществом.
Компания Открытое акционерное общество "Егорьевский хлопчатобумажный комбинат" ликвидирована 1 августа 2009 года.
История "Ярцевского Хлопчатобумажного комбината"

Ярцевский хлопчато-бумажный комбинат – старейшее из крупных предприятий Смоленщины.
История предприятия начинается с 1873 года, когда русским предпринимателем-промышленником Алексеем Ивановичем Хлудовым была основана мануфактура в селении Ярцев-Перевоз. Уже в марте 1876 года стала работать часть прядильного корпуса. Ткацкий корпус начал действовать в январе 1878.

Ярцевская фабрика сразу стала самым крупным промышленным предприятием Смоленской губернии и одной из крупнейших текстильных фабрик России. Уже в год начала ее действия на ней было занято около 1000 рабочих, а к концу века на фабрике работало до 6000 человек.


Фабрика была оснащена новейшими по тому времени станками, закупленными в Англии, где у Хлудова была своя контора в Ливерпуле. Сырьем служил американский, отчасти египетский и бухарский хлопок. Управляющих и специалистов на Ярцевскую фабрику привлекали из Англии и Германии. Продукцию, которую выпускала Ярцевская Фабрика, благодаря близкому расположению важных железнодорожных магистралей России, продавали в Санкт-Петербург, Москву, Польшу, Австрию, Германию, Скандинавские и Балканские страны. Изготовлялись пряжа, миткаль, малюскин, кашемир, бязь и другие ткани.
Хлопчатобумажный комбинат в Ярцево
В январе 1882 г. случился пожар в прядильном отделении Ярцевской фабрики Хлудова, рабочих не выпустили с фабричного двора. Количество погибших осталось неизвестным.
В. Гиляровский "Катастрофа на фабрике Хлудова": часть старого четырехэтажного корпуса занята отделением, где сортируется хлопок, лежавший во всех этажах в день катастрофы в количестве около 6 тыс. пудов. Масса хлопка в кипах от 15 до 20 пудов каждая хранилась на четвертом этаже. В семь часов утра, во время разборки хлопка и спуска его сверху по особым деревянным трубам, упавший по трубе воспламенившийся хлопок зажег на одной из женщин платье, опалил её и еще двух её товарок. У всех троих ожоги были настолько сильны, что их отправили в больницу при фабрике. Сила огня была вскоре прекращена прекрасной паровой фабричной пожарной трубой. Благодаря близости воды, в горящее здание было налито ее огромное количество, но тем не менее огонь все-таки временами прорывало и снова приходилось его гасить.

Этим бы по-настоящему и кончилось всё, но администрация фабрики распорядилась иначе: спустя часов пять после окончания пожара администрация фабрики командировала 50-60 человек рабочих под надзором приказчика сортировочного отделения М. Титова, человека пожилого, прослужившего 33 года на этой фабрике, для скидывания с четвертого этажа вниз тяжелых кип с хлопком. Титов отправился в верхний этаж через чесальное отделение, и рабочие, долго боявшиеся вступить на качающийся пол четвертого этажа и побуждаемые администраторами с угрозой «отказать от места» и т. п., наконец решились, скинули шесть кип, стоявших наверху, вниз и сбросили на пол седьмую. В этот-то самый момент раздался страшный грохот от падающих масс, от которого, по словам очевидцев, «земля дрогнула», и все четыре потолка четырех этажей с массой хлопка, намокшего во время тушения огня, и работавшими людьми рухнули вниз".
Пожар в прядильном отделении фабрики в Ярцево
В 1907 году значительную часть акций фабрики приобрел Н.И. Прохоров - владелец "Трехгорной мануфактуры", который и стал директором-распорядителем "Хлудовской мануфактуры". Производство расширилось, началось производство более ценных тканей.

В первое время после Октябрьской революции на фабрике резко сократился объем производства. Но производство в целом сохранилось и в годы гражданской войны ярцевские текстильщики выполняли срочные военные заказы. Так в 1919-21 годах для пошива армейского белья и гимнастерок они дали около 20 миллионов метров суровых тканей.

В 1926 году на фабрику стала поступать новая отечественная техника. Текстильное производство постепенно восстанавливалось и расширялось. И к середине 30-х годов на фабрике насчитывалось уже около 10 тысяч рабочих. В 1938 году запущен в строй новый ткацкий корпус. К 1941 году Ярцевская фабрика вырабатывала около 6 тысяч тонн пряжи и около 40 миллионов. метров суровых тканей в год.
Во время Великой отечественной войны предприятие оказалось на оккупированной территории. Фабрика была разрушена. Прядильный корпус был выведен из строя полностью. На восстановление предприятия в послевоенный период ушло несколько лет.

Предприятие специализировалось на выпуске широкого ассортимента хлопчатобумажных тканей – бязь, ситец, сатин, поплин, фланель, диагональ, рогожка, байковые и вафельные ткани, махровые ткани и изделия из них, вельвет, двунитка, марля. Был представлен широкий ассортимент швейных изделий – одежды и домашнего текстиля. За свою более чем столетнюю историю предприятие неоднократно отмечалось наградами за высокие отраслевые показатели, за качество выпускаемой продукции, за профессионализм и новаторство.

А в 1973 году «Ярцевский Хлопчатобумажный Комбинат» был удостоен высшей государственной награды СССР - Ордена Ленина.
А. И. Хлудов умер в Москве 22 марта 1882 года. Согласно его завещанию, вся коллекция книг, икон и рукописей была передана в Никольский единоверческий монастырь в Москве. И сразу после передачи, опять-таки согласно завещанию, библиотека и собрание рукописей были открыты для осмотра и изучения.
Сейчас хлудовское собрание хранится в Государственном Историческом музее. 
Когда в чиновной России любили успешных, талантливых и счастливых?
Почему российский капитализм пошел по пути Хлудова, а не Путилова?
Основатель сталелитейной, железнодорожной, судостроительной промышленности, всей тяжелой индустрии в России, богатейший человек умер в нищете, бросив все свои средства на строительство морского порта Северной столицы. Николай Иванович Путилов жертвовал очень многим ради развития России и всегда был за новые и уникальные отечественные разработки. Путилов делал практически невозможное за кратчайшие сроки, спасал Балтийский флот от нападения британцев, построив канонерки, помогал "светлым умам" нашей родины. Самоотверженность, отношение к собственному делу и рабочим дает понять, что этот предприниматель ставил личную выгоду на второе место. Путилов видел в рабочем, в первую очередь, человека, поэтому самые талантливые люди им поощрялись. Он был самородком чисто русским, из тех, кто сам выбился на дорогу.

 Хлудов же создавал условия, едва пригодные для жизни и работы. Предприниматель видел суть в заимствовании передовых технологий в Европе. 

Всегда и всюду промышленность создавали инициативные и знающие люди. С такими личностями экономика растет как на дрожжах. Но государство выбирает гнобление творцов материальных и духовных благ, поддерживая жуликов и воров. Быть может причина в том, что наша страна значительно отставала в развитии капитализма, еще не оправившись после крепостного права. Русские люди, привыкшие смиренно выполнять тяжелую работу и ненавидеть начальство, просто не могли принять другой путь развития. Какими бы не были причины такого выбора, результат этой стратегии мы наблюдаем воочию.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...