Наверх
Заметки

Бог в карантине

Беседа в Zoom'е о Церкви во время пандемии
16.04.2020
Церкви в столице практически пусты и будут пусты даже на Пасху — исторически невиданное событие. В конце марта, в связи с пандемией коронавируса, Синодом РПЦ постепенно вводились ограничения для прихожан и рекомендации настоятелям храмов. А 11 апреля появился циркуляр на основании распоряжения главного санитарного врача Москвы Е.Е. Андреевой. В нем предписывается проводить богослужения совсем без участия прихожан на Страстной Седмице и на Пасху в Москве и Московской области. Как живет Церковь и вера в карантине?
Дискуссия
Алексей Козлов, пономарь храма Всемилостивого Спаса в Митине, старший преподаватель Школы лингвистики ВШЭ.
— В православном комьюнити была яростная дискуссия, можно ли через Причастие заразиться, — рассказывает пономарь храма Всемилостивого Спаса в Митине Алексей Козлов. — И действительно, как-то не научились мы ещё спорить. Причем, мне кажется, не научились обе стороны. И условные модернисты, и условные консерваторы. По-видимому, из принимаемых всеми богословских тезисов с очевидностью не следуют ни одна, ни другая точки зрения. 

«Многие православные руководствуются строчкой псалма: «На аспида и василиска наступиши и попереши льва и змия» (Это цитата из Псалом 90, 1:13, это значит, Господь избавит от любой земной опасности  прим. ред.). Мол, пугать нас ничего не должно. По-видимому, так решили на братском собрании, посвящённом этой проблеме, монахи Троице-Сергиевой Лавры: «Нет, мы не будем принимать никаких мер предосторожности!» Потом отчёт об этом собрании попал в Сеть. А ведь священноархимандритом Лавры является патриарх Кирилл. Ведь было такое в истории Церкви, когда монахи шли против воли иерархии».

«Когда мы пишем историю православия, мы иногда считаем, что эти монахи были святые, а впадали в ересь именно священноначалие. Например, в иконоборческий период многие монахи были иконопочитателями, а многие архиереи — иконоборцами. И монахи победили. И вот сейчас у условных консерваторов, представителями которых являются лаврские монахи, тоже такая позиция, может быть, не очень рациональная. Конечно, это не могло остаться совсем незамеченным, сейчас на сайте Лавры висит очень обтекаемое обращение наместника еп. Парамона (Голубки). Говорят что, в прошлые выходные в Лавре было две Чаши, одна была «по-старому», другая «по-новому», прихожане шли и туда, и туда».

«Конечно, сейчас много своего рода психологических манипуляций: «Те, кто боится, у кого мало веры, тем участие в богослужении не благословляется, а тем, кто верит в Иисуса Христа, благословляется приходить на богослужение и молиться». Такая вывеска была на дверях храма, её сфотографировали, она разошлась в социальных сетях и набрала большое количество лайков. А мне очень приятно, что священноначалие Русской церкви всё-таки приняло другую, разумную позицию».

В Санкт-Петербурге в отличие от Москвы светские власти объявили карантин и запрет посещать храмы до того, как это сделали церковные иерархи. Это вызвало коммуникационный коллапс, когда люди приходили в храмы несмотря на запрет. Ещё одно беспрецедентное событие: в ответ на запрет губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова на сайте московской патриархии появился комментарий правового управления, что запрет Беглова противоречит Конституции. После чего, видимо, начались переговоры, в результате которых появился консенсус, и митрополит Тихон (Шевкунов), неформальный лидер консервативного крыла, и Патриарх Кирилл сказали одно и то же — что богослужения проводиться будут, а прихожанам ходить не рекомендуется.
Санитарно-гигиенические нормы
2 апреля, в один день с выступлением Президента, на ютуб-канале jesus.potal состоялась прямая линия с митрополитом Иларионом (Алфеевым), где он сделал пояснения, касающиеся нового порядка и ответил на вопросы в реальном времени.
Теперь священники и певчие совершают службы, «ходят на работу, — комментирует Максим Калинин, преподаватель МДА, — как кассиры в Пятерочке и Вкусвилле и многие другие сейчас, у кого нет возможности работать из дома, — Соответственно, священники, певчие, пономари, свечницы, уборщицы в храмах (к последним двум категориям часто принадлежат люди из группы риска по возрасту!) оказываются особенно уязвимыми. Недавно о. Максим Первозванский сказал, что прихожанам следует воздержаться от посещения храмов в первую очередь для того, чтобы не создавать угрозы для священников. Эти слова вызвали много нареканий: мол, о. Максим объявил священников привилегированной кастой. Но угроза для служителей храма действительно существует».

«Служба транслируется на ютюб-канале или в социальных сетях прихода. В частности, митрополит Волоколамский Иларион одним из первых открыл прямую трансляцию всех богослужений, совершаемых в храме в честь иконы «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке».
Мать Елизавета Мария (Сеньчукова), пресс-секретарь епархиального управления Якутской и Ленской епархии, проректор Якутской Духовной семинарии по научной работе.
«У нас народ дисциплинированный, - рассказывает матушка Елизавета (Сеньчукова) про якутскую епархию, — Когда только сказали не ходить в храм людям пожилого возраста, количество прихожан уменьшилось раза в три. Когда шли к Чаше, владыка говорил: «Братья и сестры, встаньте, пожалуйста, на расстоянии друг от друга».

«И все вставали, как зайчики на расстоянии. Очередь на Исповедь тоже с интервалом, батюшка в маске. (А после Вербного воскресения перешли только на общую Исповедь). При Причастии дезинфицируют ложку, стаканчики с запивкой одноразовые, разливают запивку в перчатках. В монастыре всех, кого можно отправили в карантин, по домам. А кто остался в монастыре, все по кельям сидят. Но в монастыре все равно все так пересекаются, что я думаю, там одна иммунная система на всех уже».

«Всё же инфекция неприятная как минимум. Это, конечно, не испанка, но смертность достаточно высокая, контагиозность совершенно бешеная – не такая, как у кори, но заражаются люди легко. Если уж Италию чаша сия не миновала, надо немножечко соображать. Я не особо беспокоюсь, потому что переболеем мы все равно рано или поздно все, а умрем при этом скорее всего не все, но зачем ускорять процесс?... То есть можно и ускорить, но тогда будет большая нагрузка на медицинские учреждения и тогда умрет сразу очень много народу. У нас в Якутске это очень неудобно, потому что копать могилы в вечной мерзлоте это врагу не пожелаешь».
— Наш приход, — рассказывает Алексей Козлов, — принял Инструкцию Синода во всей её строгости. Четвёртая седмица Великого поста пришлась до локдауна, который Патриарх объявил 29 марта, но после выхода Инструкции Синода. И вот мы оказались даже немножко святее Папы Римского в вопросах гигиены и дезинфекции. Я за эту неделю понял, что действия многих прихожан — и мои в том числе — такие запрограммированные, происходят почти на автомате. Например, когда прихожане гуськом идут к иконе, чтобы её поцеловать. На аналоях лежат икона Лествицы и Евангелие (которое мы, чтобы было удобнее протирать, спрятали в застеклённый киот). 

«Я стою с левой стороны от двух аналоев, и мне нужно некоторое время, чтобы салфеткой с дезинфицирующим средством протереть икону и Евангелие. Я напоминаю об этом прихожанам, и мы все это уже слышали в проповеди, но все равно автоматика оказывается сильнее. Годами отработанный механизм устроен, так, что как только один человек приложился к Евангелию и идет прикладываться к иконе Лествицы, тут же к Евангелию идёт следующий. Конечно, в проповеди, которая только что закончилась, были выразительные намёки: можно не целовать, можно просто кланяться! В Инструкции запретили целовать все, кроме Евангелия и иконы на всенощном бдении, потому что их целовать предписано в Типиконе. А крест после Литургии не написано, что нужно целовать, или Чашу после причастия — ну, это и отменили»

«Я, конечно, старался внушить прихожанам мысль, что можно не целовать. «Дорогие братья и сестры! — я не мог, конечно, приказывать, но я говорил очень убедительным шёпотом, - дорогие братья и сестры, можно не целовать! Можно просто кланяться!» Но автоматизм сильней. Или благочестие, я не знаю, сильнее, чем слова простого пономаря. Но ведь мне нужно было их протереть! А кто-то уже приближает свои уста к иконе. И я громко шептал под сопровождение канона Триоди: «Не целуем иконочку, пока я не протёр! Матушка, подождите, пожалуйста, не целуйте иконочку, матушка, нет, ПОДОЖДИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА!». Как-то так». 

«А для того, чтобы Причастие происходило без коллапсов, нужно пять алтарников. Один священник причащает тремя лжицами. Одной лжицей он причащает, другая дезинфицируется, третья лежит на тарелице и ждёт своей очереди. Лжицы меняют так, чтобы не было задержек. Один человек дезинфицирует лжицы, то есть протирает спиртовой салфеткой (мы купили дорогущие спиртовые салфетки) и затем опускает в сосуд с теплотой, то есть кипятком. Ещё один человек берет в руку лжицу, влагает в десницу священника, следующий человек выдает прихожанам одноразовые салфетки, которыми они сами утирают свои уста, ещё двое держат плат. Все в латексных перчатках. И вот я, который вчера яростно шептал на прихожан, причащаюсь после всех — и по привычке пытаюсь поцеловать Чашу…»
Однако известно, что русская церковь неоднозначно приняла инструкцию о дезинфекции и рекомендацию не присутствовать мирянам на службах. Священники, сторонники предписаний патриархии продолжают полемику с корона-диссидентами, отказывающимися соблюдать требования по профилактике инфекции.
Меры по предотвращению "массовых скоплений верующих" также разнятся в зависимости от города и региона — где-то в Вербное воскресение храмы были полны, в других городах двери запирались для прихожан, привлекалась полиция, городские патрули уговаривали прихожан идти по домам, кому-то выписывались штрафы за нарушение режима самоизоляции.

— Если пришедшие в храм сегодня (12 апреля — прим. ред.) не входят в группу риска и не должны оставаться на карантине по известным причинам, не очень понятно, почему они оштрафованы, — прокомментировал ситуацию Владимир Легойда.
Правовые основания и механизмы воспрепятствовать людям посещать богослужения не понятны, пока в стране не принят режим ЧС. Как сообщает РБК, «Кремль надеется, что церковные власти на местах будут следовать имеющимся предписаниям главных санитарных врачей, но единой установки регионам не дает. РПЦ призывает молиться дома и воздержаться от посещения храмов.» А местные власти, которым также предлагается действовать ситуативно, не заинтересованы применять жесткие меры, так как это может сказаться на их рейтинге.
Онлайн
С 29 марта по новым рекомендациям миряне молятся дома, пользуясь онлайн-трансляцией служб. «Мы хотим призвать всех стать и «духовными волонтерами» для своих ближних. Спросите своих родителей, бабушек и дедушек  слышали ли они вообще о такой возможности участвовать в службах? Узнайте у пожилых родственников или соседей, не нужна ли им помощь с настройкой онлайн-трансляций из храмов. Если у вас есть ненужный ноутбук или планшет, передайте их тем, у кого техники нет (предварительно дезинфицировав поверхности). Проведем светлые предпасхальные дни, разделяя радость о воскресшем Христе и помогая тем, кто больше всего нуждается в помощи»—призывает jesus.portal.
Может, Господь для того Интернет и придумал, чтобы мы могли молиться вместе даже в таких сложных обстоятельствах.

Литургия в храме Космы и Дамиана в Шубине.
«Когда Патриарх 29 марта не рекомендовал прихожанам ходить на службы, –рассказывает Алексей Козлов, –мы начали совершать богослужения за закрытыми дверями. Это была пятая седмица, Иоанна Лествичника. Мы служили утреню во вторник с запертыми дверями; это, конечно, интересное ощущение. Обычно, в присутствии молящихся — надо всё-таки честно признаться, что есть в этом что-то, хотя бы чуть-чуть, от перформанса. Есть «зрители», и ты всё-таки ещё и для них читаешь, чтобы им было красиво, чтобы им было молитвенно. А тут никаких таких «зрителей» нет. Просто вот ты, батюшка в алтаре, два певчих, стоящие на разных клиросах по обе стороны от солеи, или даже один певчий — и Тот, Кто смотрит на нас с Неба. И вот только Ему ты и читаешь. Но с сегодняшнего дня мы все-таки решили не закрывать двери, то есть мы очень просим всех всё-таки прислушаться к словам Патриарха и не приходить, но и двери не закрываем. Сегодня у нас было пять человек в храме, они распределились по пяти квадратам — мы обозначили на полу квадраты, чтобы молящиеся могли соблюдать дистанцию».

«На исповедь люди приходят; как это организовать — большая проблема. Сегодня служащий священник думал: исповедовать в маске или без маски? Он позвонил настоятелю и в итоге исповедовал без маски, но соблюдая дистанцию. Правда, чуть меньше, чем метр, потому что все-таки нужно же, чтобы исповеди не было слышно остальным. Не знаю, почему без маски, может быть, потому что маска — это такой десакрализующий элемент. Она же такая белая. Мы сегодня в голубом служили, сегодня богородичный праздник, вот если бы была голубая маска с золотом, может это было бы и можно».
Онлайн-трансляция службы.
Матушка Елизавета транслирует службу в своем аккаунте социальной сети фейсбук: «У нас в инстаграм-аккаунте епархиальном есть трансляция, ну и я сама стараюсь транслировать, у меня в фейсбуке много подписчиков. Служба транслируется целиком. Сейчас все присутствуют на Литургии оглашенных и верных, даже те, кто не причащаются. Когда выносят Чашу, перестаем снимать. На Литургии Василия Великого есть слова «Помяни, Господи, предстоящыя люди и ради благословных вин отшедших», то есть тех, кто по серьезным причинам отсутствует в храме. Вот они и отсутствуют по серьезным причинам. Может, Господь для того Интернет и придумал, чтобы мы могли молиться вместе даже в таких сложных обстоятельствах».

«Исповедь, как и другие таинства, по Интернету не совершается, - говорит, Матушка Елизавета, - есть, конечно, примеры из жизни мучеников, которые, видя, что к ним подъезжает воронок, исповедовались по телефону, но у нас пока стоит священник в маске. У нас действительно мало народу. Когда пошли разговоры о том, чтобы отменить Соборование, я тоже предложила отменить, а потом смотрю, а их там двадцать человек на весь собор, и они стоят на расстоянии друг от друга несколько метров». 

«Патриарх сказал про Марию Египетскую, потому что это самый яркий пример. В нормальной ситуации отказываться от храма не стоит, но сейчас ненормальная ситуация. Я думаю, что Господь послал нам этот вирус, ну как нам — нам тем, кто плохо себя вели наравне с множеством невинных людей, — чтобы мы посидели дома, подумали о своем поведении. Коронавирус всех уровнял, если уж у принца Чарльза его диагностировали. Если он даже в Кремль проник. Даже наоборот, у богатых людей он скорее обнаружится, потому что они больше ездят. А те, кто скупают аппараты ИВЛ, они совсем не умные. Во-первых, далеко не каждый аппарат подойдет, а во-вторых, нельзя же его купить вместе со всей палатой реанимации и с врачами, которые умеют им пользоваться….
А у нас, как нам сказали, так мы и делаем. Сегодня вышла в аптеку — люди честно в масках. Я, кажется, одна была без маски, стыдно, но я забыла ее надеть».

«Маски у нас, конечно, не продаются, но у нас есть веселые китайцы, которые продают все что только можно, они наладили производство многоразовых масок, это, конечно, полная профанация. Я их стираю регулярно. Мать Кира ходит, обмотавшись шарфом. Многие накупили себе гламурных масочек. Кто-то купил масочку со скалющимся черепом, думаю, что же я такого не сделала. Красиво бы выглядело — memento mori!»
Думаю, Господь послал нам этот вирус, ну как нам - нам тем, кто плохо себя вели наравне с множеством невинных людей, - чтобы мы посидели дома, подумали о своем поведении
Вербы и куличи благословляется освящать дома. (тг-канал "Короновирус. Рабочая группа при Патриархе").
«У нас, — рассказывает Алексей Козлов, — появился ютьюб-канал, как и у многих московских храмов. Наше духовенство стало очень активно записывать видеоролики с проповедями. На трансляцию Мариина стояния зашло 268 человек, конечно, я думаю, что большинство не досмотрели, а посмотрели чуть-чуть и отключились. Но кто-то ведь, наверное, и молился!»

«Только что, перед нашим с тобой разговором, я был на приходской встрече в Zoom’е, я с него ушел из-за срочного рабочего звонка, но оно ещё до сих пор идёт. Это было устроено так: объявление о собрании было размещено на сайте прихода и разослано в разные ватсап-группы. На собрании было около двадцати пяти человек. Сначала все по очереди говорили, как у них дела и внимательно друг друга выслушивали, к тому моменту как я ушёл, это продолжалось уже час с небольшим. Потом был запланирован разговор про житие Марии Египетской, но в этот раз до разговора, я думаю, дело не дойдёт. А в конце будет общая молитва, которая произойдёт по чину, который выложил в чатик отец диакон. Это такой чин очень сокращенного молебна, там у нас настоятель и два диакона, они будут говорить слова молебна, а потом прихожане будут говорить имена: такие функциональные аналоги записок о здравии и об упокоении. К сожалению, в Zoom'е нельзя петь хором».

«Некоторые из наших прихожан жаловались, что храма очень не хватает. Многие люди не преподают в Zoom и не общаются онлайн круглые сутки, для них локдаун означает ещё и полное или почти полное одиночество, и вот так связаться по Zoom`у с приходом им может оказаться очень важно».
Экономика
Из-за карантина церковь осталась без пожертвований. Существуют города, где "городообразующие предприятия" — это монастыри, и важной частью их дохода был приток паломников и туристов, этого сейчас тоже нет. Постепенно вводятся некоторые меры поддержки священников и приходов. Так, Псковский митрополит Тихон Шевкунов и Ростовский митрополит Меркурий Иванов объявили о снятии епархиального налога на апрель и май. Отчисления в епархию - один из основных источников расходов храмов. Митрополит Тихон снял наценки с утвари на епархиальном складе (это тоже большая статья расходов). Елецкий епископ объявил о рассрочке епархиального налога. Многие приходы объявляют денежные сборы в Интернете.

«Сейчас на сайтах многих храмах есть обращения о помощи, — сообщает Алексей Козлов, --И, наверное, в каждой или почти проповеди настоятели говорят, что нам сейчас стало тяжело. Я подвизаюсь на приходе бесплатно — всего лишь помогаю за богослужением, развешиваю облачения, мою чашечки для запивки, вытираю пыль и убираю воск в алтаре. За деньги я работаю в Высшей школе экономики. Но есть люди, для которых храм — это единственное место работы, и они работают за зарплату».
Что касается бесправных тружеников церкви, тот, кого мне удалось найти, поделился со мной на условиях анонимности: «Если спросить меня, какая главная проблема русской церкви сейчас вообще? Я, конечно, скажу не про слияние с властями, не про начетничество, не про фарисейский дух, что обычно говорят, а про взаимоотношения священников и архиереев. В результате чего священники не могу чувствовать себя достаточно свободными, и занимаются какой-то такой деятельностью, служением, вместо деятельности гораздо более замечательной, которой они могли бы заниматься, если бы они чувствовали себя свободными. Такой архиерейский произвол и архиерейский диктат».

«В частности поэтому, считается ведь, что Церковь — это организм любви и тут не нужны никакие формальные обязательства, например, по социальным выплатам или ещё чему-нибудь. И в результате оказывается, что церковь — это то место, где черная бухгалтерия процветает. Часто оказывается, что священники или другие приходские труженики оказываются менее социально защищенными, чем люди, которые получают такую же зарплату на другой работе, не говоря уже о поварах, хористах, уборщиках, охранниках».
Владимир Берхин, Президент благотворительного фонда "Предание", прихожанин одного из московских храмов.
Похоже на вирус, которым нередко болеет малый бизнес и благотворительные организации, они тоже могут считаться организмом любви и не вести строгих расчетов. Но вакцина от этого вируса, кажется, уже изобретена, хотя полное излечение, конечно, требует времени.

«В Церкви традиционно не спрашивают отчёт о судьбе пожертвований, — комментирует президент благотворительного фонда «Предание» Владимир Берхин, — православная традиция благотворения вообще не очень интересуется вопросами мирской эффективности. Житие святого Иоанна Милостивого, патриарха Александрийского, сохранило эпизод, который можно рассматривать как притчу — к Патриарху трижды за день подходил один и тот же нищий и просил деньги на одно и тоже, и Патриарх давал просимое, а когда свита возмутилась такой растрате, кротко ответил: "А что, если это Христос в образе нищего испытывает меня?" Благотворение в Церкви - не для решения проблем, а для спасения души».

«Ответственность за деньги, ушедшие из рук жертвователя, полностью переходит к благополучателю и Господу, а жертвователю остаётся лишь наблюдать за собственной душой, не проникло ли туда тщеславие. В новых условиях, когда посещение храмов сократилось, конечно, будет сделана попытка перевести сбор пожертвований в онлайн следом за богослужениями. А это неизбежно повлечёт за собой требование большей, чем раньше, прозрачности. Потому что если по поводу висящей в храме "кружки" с замочком не очень понятно, кому и вопросы-то задавать, то сбор на сайте рядом с мейлом для общения вызывает провоцирует на общение куда сильнее, а прямое сходство между сбором храма, который не отчитывается, и сбором на соседнем сайте благотворительного фонда, который подробно освещает судьбу каждой копейки, даст этим вопросам форму и энергетику».

«Были дети вместо цветов, теперь будут попы вместо куличей — вторит Берхину телеграмм-канал Православие и зомби, — здесь вызов и для прихожан, и для священников. Надо просто перечислять деньги. Это гораздо более осмысленное и трудное дело, чем рваться на подпольные богослужения и кричать, что нас не обслужили. Копеечкой. И ничего не получать взамен. А священникам надо разобраться с краудфандингом: как оформлять рекуррентные платежи, как пользоваться виртуальными кошельками, как отчитываться перед жертвователями и т.д. И всё это может привести к независимости. К вочеловечиванию отношений».
Церковь после карантина
Сейчас сдвиг к лучшему пониманию ценности такого индивидуального усилия может произойти у большего количества людей.
Максим Калинин ст. преп. Кафедры библеистики МДА, научный сотрудник ОЦАД, шеф-редактор медийных проектов БФ «Познание».
— Что касается моего восприятия, нынешний карантин создает условия для индивидуального молитвенного усилия, — говорит Максим Калинин. — Потому что стоять на службах трудно, но ты получаешь от этого удовольствие (хотя последние двенадцать лет мне трудно всецело сосредоточиться на богослужении, приходя в храм с детьми). Служба — это труд, но весь чин богослужения организован за тебя. И индивидуальное молитвенное усилие, пожалуй, труднее. Нужно себя сорганизовать, подобрать слова, подобрать тексты. Нужно самостоятельно задать и выдержать ритм. Нынешние обстоятельства создали условия для такого усилия. Мне кажется, для христианства это может дать большие плоды.

«Кто-то ждет от нынешних обстоятельств толчка к своего рода «реформации». Ведь возник исключительный для нашего времени прецедент, когда Патриарх признал возможным для мирян обходиться без храмов — пусть и вынужденно обходиться, пусть под давлением непреодолимых обстоятельств, но прецедент имел место, причем прецедент массовый, для бо́льшей части прихожан Русской Церкви. Думаю, «реформации» не произойдет. Но произойдет нечто действительно важное. Нынешняя ситуация может стать толчком к большей осознанности мирян».

«Призывы к осознанности раздаются все чаще. Скажем, издательство «Никея» стало флагманом мирянского движения в Русской Церкви, Николай Бреев и его команда устраивают православные ретриты, продумывают практики мирян, создают христианскую альтернативу йоге, адаптируют христианское духовное делание, и это, конечно, большое дело. Многое для этого делает редактор нашего портала Алексей Шириков, издавший вместе с Натальей Кокориной книгу «Дневник Великого поста. Семь недель работы над собой», задача которой именно в том, чтобы помочь осознанно совершать духовный подвиг».

«Потребность в этом давно назрела: миряне не могут быть пассивными в Церкви. Они не должны превращаться в маргинальное большинство, в то время как все члены Церкви призваны быть тем самым царственным священством, о котором написано в первом послании Петра (Первое Послание Петра, 2:9). И условия карантина волей-неволей создают условия для движения в этом направлении. Сейчас сдвиг к лучшему пониманию ценности такого индивидуального усилия может произойти у большего количества людей».

«Мне кажется, это главный богословский итог карантина. Еще до всеобщей самоизоляции на телеграмм-канале «Батюшка Лютер» (среди «оппозиционных» каналов он, безусловно, богословски наиболее продуман) появилась статья «Богословие коронавируса». В ней очерчены многочисленные проблемы, которые вирус создает для христианской теологии (в первую очередь, споры о Теле Христовом). И предлагается неординарный ответ: нынешняя ситуация побуждает нас задуматься о том, что Бог в карантине. Для христианского сознания это не такая странная идея, как может показаться на первый взгляд. Христианство — это религия непонятого и отвергнутого Бога».

«По-моему, автор этой статьи талантливо адаптировал к христианским реалиям идею Бога в изгнании, характерную для лурианской каббалы (XVI век и далее). Когда еврейский народ в изгнании, тогда и Шхина в изгнании. То есть эта идея известна со времен Талмуда (да и у пророков для нее есть основания), а Лурия и его последователи построили мощное мистическое движение вокруг этого, которое сохраняет свое значение до сих пор. Я пытался найти в христианской традиции основания для такого представления о том, что Бог в карантине. И отголоски этого представления я находил у сирийских мистиков. Скажем, в утверждении Исаака Сирина о том, что Бог страдает со страдающими и Его любовь побуждает Его вмешаться, но Его ведение удерживает Его. Бог ограничил свое действие в мире, оставив лишь сознание человека проводником Его влияния. Каждый человек призван открыть на дне своего сознания источник света. Похожие идеи высказывали Иоанн Дальятский и Иосиф Хаззайя».

«Кстати к вопросу об этих людях. В 787 году состоялся суд над Иоанном и Иосифом (и еще одним мистиком), видимо, для всех троих он был посмертным. И моему любимому Иосифу Хазайе поставили в вину такие слова: «Если ты хочешь быть совершенным, то тебе не нужна церковная служба, а ты уходи в темные места, где не слышно даже пение птицы». Скорее всего он таких слов не говорил. Но он говорит в своем письме: если ты достиг мистического состояния, когда в тебе полностью прекращается движение мысли и слов, то тебе желательно даже пение птиц не слышать».

«Это не совсем его слова, он цитировал Арсения Великого, египетского подвижника IV века. И он действительно говорил о том, что, достигнув определенного мистического опыта, человек больше не нуждается в сложноустроенном богослужении. Но эти его слова упростили, обвинили его в том, что он в принципе обесценивает службу. Он как раз ее не обесценивал, он считал, что без службы, без устава невозможно пройти первый этап, этап очищения, только после которого и возможен мистический опыт. Его осудили за обесценивание церковной службы — а сейчас складывается ситуация, когда для большинства мирян все храмовое богослужение упраздняется, и это очень интересный эксперимент».

«Я бы сказал, что Церковь готова к таким условиям, потому что у нее есть для этого достаточный потенциал. У нее есть мощная мистическая традиция, хотя и остающаяся неизвестной для многих. В ее истории есть многочисленные примеры людей, которые жили в полной изоляции. На самом деле для Церкви сложившаяся ситуация не должна быть ударом. В этом плане я совершенно не разделяю пессимистические реплики о проигранной Пасхе, которые сейчас раздаются».
Когда еврейский народ в изгнании, тогда и Шхина в изгнании.
— Мне очень нравится то, что говорит Максим Калинин, — комментирует Алексей Козлов, — но мне кажется, что на такое, прости Господи, трансцендирование за пределы нашей обычной церковной реальности, на такой радикальный перенос богослужебных практик в совершенно другой сеттинг способны очень немногие. Не у всех есть силы на рефлексию такого рода — она ведь должна быть не только духовной, но всё-таки ещё и культурной. 

«Для православного христианина уже есть некоторая норма, которую, кстати, как кажется, большинство людей, целиком не соблюдает — считается, что нужно очень много молиться дома. Нужно читать вечернее и утреннее правило, а ещё можно читать какие-нибудь каноны или акафисты из молитвослова. В принципе, это довольно большой объем молитвы. А храмовые богослужения — это для большинства людей совсем другой опыт молитвы не в последнюю очередь потому, что в храме ты не один, вокруг люди».

«Это очень понятно, потому что наше познание социально – если я один как-то считаю и во что-то верю, это одно дело, а если ещё многие так же считают и в это верят, это уже совершенно другая штука для моего восприятия действительности. А если оно ещё поддерживается тысячелетней традицией с бархатными облачениями, красивыми сосудами и красивыми богослужебными текстами, это совсем уже другое ощущение духовной реальности».

«Хорошо, конечно, как говорит Максим Глебович, чтобы шелуха и напластования слетели, но вот действительно: нам так важно ходить в храм помимо всяких причин из области высокого богословия (которые очень важные) ещё и потому, что дома дети, тяжёлые проблемы, обязанности, а в храме легче просто прийти и молиться. Сейчас для прихожан наших храмов настали очень тяжелые времена, потому что дома все дети, за которыми надо следить и, не дай Бог, организовывать онлайн обучение, потому что многие потеряли доходы, сразу появилось много проблем и много нервов. И начинать убирать напластования со своей духовной жизни, начинать что-то читать и чем-то проникаться, да ещё и без пастырского руководства, может быть не очень легко. То есть, мне кажется, что в современных культурных и социальных условиях храм, как такое отдельное место, где совершается богослужение специально обученными людьми, ещё очень долго будет востребовано и опыт личной молитвы его не заменит».

— Но в том-то и дело, — говорит Максим Калинин. — что при карантине то, что раньше было уделом немногих, волей-неволей стало (возможным) уделом большинства!
Кот Спасского мужского монастыря.
Здесь вы можете перевести деньги одному из самых древних и самых бедных монастырей России, Спасскому мужскому монастырю в Якутске.

5469 7600 1072 6794 Виталий Алексеевич К. 

Можно их попросить помолиться spas_yakutia@mail.ru

Здесь о монастыре подробно:
https://news.ykt.ru/mobile/article/70136
Здесь – перевести деньги храму, в котором трудится один из героев этого материала, пономарь Алексей Козлов:

Храм Всемилостивого Спаса в Митине.
4279 3800 1901 5439 с пометкой «пожертвование на храм»
Григорий Александрович Г. (священник Григорий Геронимус).

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...