Репортажи

«Обстрелы, безработица и футбол»

Чем живет прифронтовой Докучаевск
14.11.2016
Для людей, проживающих в центральных районах Донецка, обострения на передовой выражаются в ночном грохоте за окном.
Для жителей прифронтового Докучаевска – это всегда прямая угроза жизни. За последние дни, городку сильно досталось от украинской артиллерии.
Здесь прифронтовая окраина самопровозглашенной ДНР. 
Докучаевск – город, даже по нынешним тревожным временам, особый. Прямой и абсолютно безопасной дороги из Донецка, сюда нет. Проехать можно лишь по «ничьей земле», серой нейтральной зоне, начинающейся сразу за линией республиканских блокпостов. 

«А вас что конкретно интересует? На позиции хотите или на разрушения посмотреть и с людьми пообщаться?», - осведомляется наш сопровождающий с позывным «Балу». 

Докучаевск – его малая Родина, поэтому все, что там происходит, военнослужащий принимает особенно близко к сердцу.

Нас, разумеется, интересует все сразу, но времени, к сожалению, в обрез – выехали поздно. Темнеет нынче быстро, а ночевать в Докучаевске мы не планируем.
С людьми теперь общаться сложно, - предупреждает «Балу», - в частном секторе – особенно. Устали они. Что ни день – новые разрушения. Основные предприятия стоят разрушенные, работы толком нет. Очень много народу выехало. Хорошо, если своя земля есть. Тогда еще жить можно. В общем, и «укропов» не любят, и к нам теперь относятся не очень хорошо
— Лес.медиа
— les.media
Пока «Балу» травит военные байки, пейзаж за окном автомобиля разительно меняется. После относительно ухоженного Донецка, «серая зона» воспринимается как другой мир. Разрушенные здания, изорванный минами и снарядами кустарник вдоль дорог, заброшенные поля, усеянные воронками. 

Город встречает нас тихими и почти безлюдными улочками. Первая остановка – молочный магазин, расположенный едва ли не в самом центре Докучаевска. 

«Это «свежий» прилет. Ночной. А вот многоэтажку видите? Полгода ее восстанавливали и вот снова попадание. Теперь, даже когда снова починят, не хотел бы я жить в таком доме», - комментирует «Балу».

Магазин задело по касательной. Изнутри, кто-то, на скорую руку, уже закрыл пробоину деревянным щитом. Чтобы особо любопытные носа не сунули
«Вот это ночью прилетело?», - интересуется пожилой мужчина, делая ударение на слове «это». Он заметил, что мы снимаем фасад магазина. Получив утвердительный ответ, удрученно качает головой и молча уходит.

Сразу за линией разнокалиберных магазинчиков расположена та самая пострадавшая многоэтажка, а совсем неподалеку – школа. Туда, слава Богу, артиллерия не достала. В этот раз.

Следующая остановка – местная промзона. 
«Раньше, еще до войны, Докучаевск был отличным городом. Сколько денег сюда вливали – открывали новые предприятия. У людей была работа, а теперь…вот, кстати, строил-строил Саша Янукович нефтеперерабатывающий заводик… Да, не успел», - продолжает экскурсию «Балу».
— Лес.медиа
— les.media
То, что осталось от некогда промышленного города, выглядит, мягко говоря, удручающе. Пустые и напрочь разрушенные цеха, горы скрюченного проржавевшего металла и толстый слой битого стекла, противно хрустящего под ногами.

«Здесь все было новенькое. По высшему разряду. Самое современное оборудование завезли. Такие перспективы. Когда мэр наш сказал, что хочет это восстановить, украинцы еще активнее начали заводы обстреливать. Но, как я слышал, кто-то из бывших владельцев хочет взяться за дело. Посмотрим», - говорит наш сопровождающий. 

И тут же поясняет: «Вот там, чтоб вы понимали, уже украинские позиции. И там тоже. И с этой стороны. Мы, фактически, сейчас в полукольце находимся».
За разговорами об украинских снайперах и диверсантах, шастающих неподалеку, «Балу» везет нас в частный сектор, жителям которого сейчас, при очередном обострении конфликта, приходится особенно тяжело. 

Людей на улицах немного и, в основном, как бы парадоксально ни звучало, это молодые женщины с детскими колясками. А на окраине и вовсе тишина. 
«Лесок видите? Вот там притаились злые дяди с автоматами. Туда мы не поедем», - улыбается военный.
— Лес.медиа
— les.media
Проезжая вдоль рядов явно опустевших домов, замечаем старушку, выглядывающую из-за калитки. Стоило нам лишь поздороваться, как женщина, со словами - «Ой, сейчас покажу, что в огороде нашла» - скрывается во дворе, а через секунду снова появляется с куском железа в руках.

«Ой, оце по горищу (чердаку – укр.) били. Так я осколки збирала и оце на городі знайшла. Ми ж тепер на город часто не ходимо. Ви подивіться! Воно безпечне вже? А то ще підірветься старенька. Я сину дзвонила, а вин заборонив чіпати», - рассказывает женщина, потрясая железкой, похожей уродливый цветок.
Внимательно рассмотрев железо, найденное старушкой в огороде, «Балу» идентифицирует его как выстрел от «сапога» (станковый противотанковый гранатомет СПГ-9 – авт.) и тут же успокаивает ее: этот «тюльпан» уже не взорвется. Но спохватывается и напоминает для проформы, что брать в руки подобные находки все же не следует. Лучше сразу обращаться к военным.

Женщина рассказывает, что накануне, снаряд прилетел и в дом ее сына, расположенный еще ближе к линии соприкосновения. «То на Победе, - говорит она. - Не були там ще?». Говорит: попало в крышу, и теперь крыши нет. А дом надо спасать, скоро зарядят длинные донбасские дожди, зальет так, что уже не отремонтируешь. 

«Вчора закривали як могли. То з паркану (с забора – укр.) зняли шиферину, то ще десь. То з того, то з сього. Тому, що дощ ллє».
После короткого телефонного разговора, старушка, представившаяся Валентиной Михайловной, сообщает, что прямо сейчас ее сын заканчивает латать пробитую крышу. 

Это, к слову, уже шестое попадание в один и тот же дом. Устали ремонтировать. Раньше стреляли только по ночам, а сейчас уже и днем не стесняются. 
«Ой, замучились вже. Стукне десь, а мене тіпає. Добро, що підвал в мене хороший. Несолодко в нас. Я вчора і кричала, і плакала», - рассказывает женщина. 
«Балу» обнимает ее за плечи и обещает, что все очень скоро закончится.
— Лес.медиа
— les.media
Местные власти, по словам старушки Валентины Михайловны, помогают стройматериалами, но еще не было такого, чтобы дали столько, сколько нужно для ремонта. Правда, когда в крыше образовывается дыра, через которую видно небо, люди рады любой помощи.

Она хвалит местных коммунальщиков, благодаря которым здесь всегда есть и газ, и электричество: «Світло в нас есть. И газ есть. Хорошо, ви знаєте, ремонтують. Молодці хлопці. Завжди швидко».

Впрочем, жизнь здесь, даже если забыть про обстрелы (хотя о них как раз забыть невозможно), все равно не сахар. Цены пусть и немного ниже донецких, но, при нынешних пенсиях, все равно больно кусаются. Валентину Михайловну, к примеру, выручает огород. Руки у женщины мозолистые и перепачканные землей. 

Многие люди, жившие на этой улице до войны, разъехались. Валентина Михайловна присматривает за их домами. Рассказывает, что военные следят за порядком, поэтому мародерства здесь нет, но и на старуху бывает проруха.
 День клонится к закату – ко времени, когда в полную силу начинает работать украинская артиллерия. Несмотря на усиливающуюся канонаду, которая постепенно переходит в самый настоящий грохот, на улицах становится неожиданно людно. «Балу» объясняет, что это прибыл автобус из Донецка. В Докучаевске рабочих мест немного, а в Донецке они все же есть.

В соседнем дворе ребятня играет в футбол. Кто-то ловко бьет по мячу, и тот влетает в «девятку». Крики «го-о-о-л!» сливаются с очередным пушечным залпом. Вратарь уходит искать мяч в сгущающиеся сумерки и спустя немного времени возвращается. 
 - Ну, давай, скорее, - торопят его товарищи . – Поздно уже. А мы проигрываем.
— Лес.медиа
— les.media
Паренек пинком отправляет мяч под ноги своему нападающему, и тот бежит с ним к чужим воротам. Игра продолжается.

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...