Фотопроекты

Самое место

Фотопроект Артёма Костюковского о людях и геотегах
03.12.2017
Автор предложил друзьям и знакомымсфотографироваться в своих местах силы и рассказать о них. Сейчас в проекте 13 фотографий.Но продолжение следует.
Виталий Лейбин / 
Москва, Кривоколенный переулок
«В Кривоколенном переулке я видел, где Москва; она пряталась в заброшенной усадьбе, в подвале Полит.ры и Билингвы. Там был последний концерт Хвоста, там махал руками философ Пятигорский, там пили водку три из четырех главных любовей моей жизни. То есть, со мной пили — и значит здесь моя малая родина. За что мне, пацану из пыльного и некультурного Донецка, такое богатство?»
Анна Рыжкова /
Москва, Никольская улица
«Через три месяца после переезда гуляла по Никольской с первыми в Москве друзьями, за день до начала первой сессии на журфаке. Потом хвасталась этой улицей перед мамой — хотя и возле Красной площади, а уютная, с музыкантами, вкусным кофе и дешевыми сладостями. Отсюда с выпускающим редактором «РР» шла на новогоднюю ярмарку «Душевный Bazar» писать первый более-менее серьезный репортаж, потому что доверили! А через два месяца попала в «РР» на работу и разговаривала здесь с героями для первого номера”.
Евгений Гладин /
клуб «Пропаганда»
(Москва, Большой Златоустинский переулок, 7)
«До переезда в Москву я слушал много электронной музыки и, конечно, знал о клубе «Пропаганда». Долгое время клуб был местом силы, туда часто привозили каких-то интересных музыкантов. И после переезда мы постоянно ходили в «Пробку» с женой и друзьями. Как правило, ходили пешком и по дороге все время пили или ели. И всем нам было очень весело тогда. Мы были молоды, у нас все было хорошо. И единственной нашей заботой было не напиться слишком сильно, чтобы пройти фейсконтроль. Он там был довольно жесткий, многих отсеивали». 
Александр и Сталина Андреевы /
НИИ скорой помощи имени Склифосовского
(Москва, Большая Сухаревская площадь, 3)
«Я переехал в Москву. Дела мои становились все хуже. Семья осталась в родном городе. Работа долго не находилась, потом нашлась, но с мизерной зарплатой. Сбережения кончились. Какое-то время питался одной крупой. Начались депрессии, злоупотребления и сомнения в правильности переезда. Наступал срок оплаты за квартиру, денег у меня не было. Да и, по сути, ничего уже не было. Крайней точкой этого дауншифтинга стал перелом позвоночника, случившийся очень глупо, по моей же вине. Я оказался в Склифе. В моей медкарте было написано «бомж», так как у меня не было ни прописки, ни полиса. Я лежал сломанный, а потом приехала жена, окружила заботой и любовью. Кости начали стремительно срастаться, и все начало срастаться вместе с ними. На работе мне внезапно перечислили большую премию за выигранный процесс, я смог заплатить за квартиру. Когда вернулся на работу, мне сразу предложили другую ставку с зарплатой в четыре раза выше. Наверное, похожую историю проживает каждый, кто переезжает в Москву. У большинства, конечно, без таких крайностей как у меня. Но некоторых наш любимый город ломает ещё покруче».
Маша Антонова /
Москва, парк Покровское-Стрешнево
«Закрой глаза, Машечка, и вспомни детство. Что ты видишь? Вижу парк, который когда-то казался огромным загадочным лесом. В лесу — камни, огромные и тёплые, над камнями — два дельфина, дельфин-мама и дельфин-малыш. Вокруг деревья. Меня учат кататься на двухколёсном велосипеде, у меня не выходит, я падаю, мама ворчит, папа набирает воды из фонтана, чтобы отмыть от земли и крови разбитую коленку. Освоение двухколесного велосипеда — этап взросления. В этом парке я ещё ни раз буду взрослеть: когда мама рассечёт бровь, скатившись в бездну с брёвнами с ледяной горы, я в первый раз всерьёз пойму, что у мамы — кровь, мама — смертная. Я буду прогуливать здесь уроки и пары, смешивая дешёвое пиво и ещё более дешёвое шампанское, сюда я буду бегать крутить свой первый роман со своим первым мужчиной. В одно из таких свиданий я встречу свою первую учительницу и весь разговор буду держать левую руку за спиной, а в руке будет тлеть сигарета».
Ира Новикова /
книжный магазин «Республика»
(Москва, ул. Воздвиженка, 4/7)
«Место в центре, где я бываю чаще всего, — книжный магазин на Воздвиженке. Раньше он был «Москвой, а потом его выкупила «Республика». Исчезли красные диваны и красный же рояль, остался круглосуточный режим работы, столики у окна с видом на Ленинскую библиотеку, кофейня и необъяснимая атмосфера уюта, которую всегда дарят мне книги».
Макс Шер /
Санкт-Петербург, Светлановский проспект, 93
«Здесь я жил в детстве, с года до одиннадцати лет. Это берег пруда в нашем дворе, тут я впервые в жизни увидел мертвеца — говорили, что пьяный полез купаться и утонул. Сквозь ноги окруживших его людей были видны только цветастые плавки, лилово-пятнистый торс и согнутая мёртвая рука».
Вероника Цимфер /
Санкт-Петербург, Мытнинская набережная 7/5
«В Питер я переехала из Сибири. И для меня — провинциалки, девочки из Кемерова — жизнь в квартире на Мытнинской набережной была чем-то совершенно невероятным и сказочным. Разводные мосты прямо под окнами. Дом с видами на три знаковые точки города: Эрмитаж, стрелку В.О. и Петропавловскую крепость, там на пляже я загорала летом и всякий раз, уснув, вздрагивала, когда в 12 бахала пушка, а в квартире из-за нее сотрясались окна. Когда мы с мужем въехали в эту квартиру, сказали, что переезжать отсюда теперь можно только в Париж. Живя там, я испытывала какое-то паряще-волшебное чувство счастья. А Парижем для нас стала Москва».
Цветелина Митева /
Москва, 2-й Волконский переулок, 3.
«Этот дом во 2-м Волконском переулке был возведён в 1910 году, на излёте эпохи модерна, по проекту модного московского архитектора-самоучки Николая Жерихова. В середине 2010-х моя подруга нашла тут жилую комнату-мастерскую, и мы сняли ее на пару. Это стало точкой отсчета моей взрослой независимой жизни, со всеми вытекающими: необходимостью работать на нескольких работах сразу и поисками себя, активной социализацией и одиночеством, страхами и надеждами на светлое будущее. Район Самотёки меня по-настоящему принял и стал почти родным: сейчас я снова живу неподалёку». 
Маша Слепкова /
Санкт-Петербург, Университетская набережная
«На этой набережной стоит дом, где я выросла, институт имени Отта, где я родилась, и мой университет. Через Неву по мосту Лейтенанта Шмидта я ходила в школу. Так что это не любимое моё место, а просто — моё место. Я состою из его частей».
Игорь Найдёнов /
чебуречная «Дружба»
(Москва, Панкратьевский переулок, 2)
«Быть москвичом по рождению не так уж здорово, как кажется. Тебе не сбежать, чтобы отдышаться, на малую родину в Донецк, в Кемерово, да хоть и в Ленинград — туда, где тебя ждут с водкой и байками друзья детства, а родственники — с поцелуями в недавно заросший родничок и мясистыми пирожками.
Когда я устаю от Москвы, то иду в чебуречную «Дружба» — сухаревскую стоячку.
(Прим.: сидячки — это для слабаков и пошлость).
Туда, где — боже мой! — будет мама молодая и отец живой.
Вот первое моё воспоминание об этом месте. Мне три года, зима, за окном тьма-тьмущая и ленивый свет фонарей на площади. Я скучаю под столешницей, на уровне моих глаз — несколько пар тёмных мужских брюк. Надо мной, «стоя на локтях», отец с приятелями выпивают и взрослые разговоры разговаривают. Я дергаю за знакомую штанину, утром выглаженную матерью. В ответ сверху протягивается родная, пахнущая сигаретами «Дымок» рука и на ощупь засовывает мне в рот кусочек чебурека.
Господи, да было ли это всё на самом деле, не привиделось ли?»
Надя Боровик /
Москва, Китай-город
«Всё началось с «Брата-2», мы с коллегами засмотрели его до дыр, и когда оказались в Москве по пути из Киева в Ижевск, зашли в «Китайский лётчик Джао Да», где, как мне казалось долгие годы, снимался один из эпизодов фильма. Это начало моего Китай-Города, потом был памятник героям Плевны, где я ночью со скрытой камерой пыталась снять педофила для НТВ. Ещё тут было прекрасное кафе «Нейтральная территория», куда я сбегала по четвергам с работы пораньше, после 21 00 и играла до ночи с друзьями в ассоциации. Тут находится важная для меня Школа документального кино Марины Разбежкиной и Михаила Угарова, открывших мне новый дивный Мир реальности. Памятник Мандельштаму, у которого прожила много жизни. Старая чебуречная стоячка, куда можно прийти хоть ночью, спонтанно и есть вероятность встретить новых и старых студентов-разбежкинцев. Я тут ничего не боюсь и чувствую себя как дома. Вот такое место у черта на Кулишках этот Китай-город».
Надя Кузина /
бывший клуб «Проект О.Г.И.»
(Москва, Потаповский переулок, 8/12)
«"Проект О.Г.И." был таким местом, куда стекались все дороги в выходные. Когда я впервые туда попала, у меня случился культурный шок. Особенно после подмосковных клубов, где надо было заплатить за вход, чтобы послушать плохую музыку среди десятков скучных рож, увидеть парочку вменяемых и при этом отвалить денег как в ресторане, чтобы попить пивка с димедролом. После этих клубов ОГИ показался просто каким-то раем. Вход бесплатный, напитки самые разные и недорогие, а публика в основном состоит из творческой интеллигенции с примесью иностранцев. А музыка — великолепна! И рок, и фанк, и блюз, и психоделия 60-х. Все дико пляшут на танцполе и веселятся вместе, как будто старинные друзья собрались. Ну чем не рай? В первый раз немного шокировала толпа, особенно непонятно было, как прорваться к барной стойке. Но потом оказалось, что все это фан чистейшей воды. Люди там были пьяные и приветливые. Пока ждешь свою очередь, обязательно познакомишься с кем-то, можно было даже только ради этого ходить за покупками к бару. Да и вообще всякий поход в ОГИ обязательно сулил приключения. Никогда заранее ты не знал, как всё закончится, где и с кем. Но ты знал, что обязательно будет весело».
Страница автора проекта в FacebookАвтор заходного фото и куратор фотопроекта Маша Слепковаto be continued

Комментарии:

Вы должны Войти или Зарегистрироваться чтобы оставлять комментарии...